Нам нельзя

Я мог смириться с мачехой и довеском, который она привела, но не мог принять, что эта рыжая девчонка начала вызывать во мне какие-то абсолютно противоречивые чувства.

Нормальный человек назвал бы это симпатией. Мудак – желанием вдуть смазливой телке. А помесь этих двух ипостасей во мне разрывалась просто. Естественно, я ненавидел за это именно Кайлу. Она то платье мини наденет, то топ «сиськи и пупок наружу». Хотя сама даже не замечала (или только делала вид), что мои реакции на нее поменяли окрас.

Теперь это не просто ненависть, а ненависть с острой примесью тлена. Да, хотеть завалить на спину «сестру» – чисто клиника.

Я сбежал от греха подальше. Полгода трахал все, что движется. Думал попустит меня, а приехал на Рождество и сорвался. Чуть на кухонном столе ягодку не сорвал. И ведь Кайла хотела. Ноги широко разводила, губы подставляла, а какая мокрая была! Горячей лавой истекала. Той ночью она все прекрасно понимала!

– Блядь! – выругался, почувствовав давление в паху.

У меня встал. Довспоминался. Вот как так: я лежу, страдаю со стояком, а Колючка вырядилась в блядские джинсы и на выгул пошла. Еще и дерзкая такая!

И за это я ее тоже ненавидел. Есть в ней за что зацепиться, и это не про фигурку аппетитную. Ее ведь прессовали и дома, и в школе (с моей подачи и благословения), а она вопреки всему не сломалась, не прогнулась под сытое общество. Собой осталась. Порой дурындой редкостной, но с позицией и собственным особо ценным мнением.

Лучше бы не осталась.

Лучше бы в куклу с дутыми губками и ватой вместо мозгов превратилась. Такие у меня вообще фоном проходят: без имен и лиц практически.

Интересная все-таки штука психология. Я не могу привязаться к женщине. Просто не могу. Не потому что мудак (хотя не без этого), а потому что не получается. Кончаю и моментально теряю интерес. Даже второй раз не хочу. Даже если вчера с ума сходил. Нет, я могу трахаться с одной и той же партнершей какое-то время, но это как дрочить, только вместо руки женщина.

Никакой эмоциональной привязки. Вообще никакой.

Я ходил к трем психологам и каждый заявлял, что это психологический барьер. Детская травма. Я потерял маму и возвел ее на пьедестал. Никто не может занять ее место. Блокировка на сердце. Какой-то парапсихический бред, если честно. Беспокоит ли меня это? Да не особо. Не женюсь, не нарожаю сопляков – велика беда. Меня беспокоило, что три года меня плющит от колючки Кайлы.