Неидеальные. Откровения о любви

Устроился на узком кожаном диванчике. Наблюдал, как в холле собирались мамы, ожидая своих чад с тренировки. Было занятно.

Одна из дверей открылась и вывалились девочки лет пяти. Затем показалась Алена: широкая футболка и узкие штаны. Роскошные длинные волосы в высоком хвосте. Она улыбалась, а мелкие жались к ней.

– До свидания, Алена Владимировна!

Она была совсем не похожа на роковую красавицу из сомнительного ночного клуба. Сейчас просто красавица, только по-светлому. Виртуозная способность к перевоплощению! Я ведь помню, насколько дикой и страстной, абсолютно порочной эта девушка могла быть.

– Здравствуйте, Алена Владимировна, – поднялся и, спрятав руки в карманы, двинулся навстречу.

– Ты? – выдохнула изумленно. – Какого хр… – но вовремя взяла себя в руки. – Что ты здесь делаешь?

– Разговор есть, поехали, перекусим.

– Я не хочу, – отрезала и улыбнулась. Не мне. Она прощалась с мамами и детьми.

– Я не предлагаю, – я тоже сиял, как начищенный самовар, – я констатирую.

Ты едешь со мной.

– Я не могу, – прошипела злобно. – У меня занятия, – и тут же: – Здравствуй, Вика. Проходи в зал.

А с детьми Алена милая.

– Во сколько заканчиваешь?

– После восьми.

– Я позвоню. Держи, – протянул ее мобильный. – Вечером жду в «Avа» на Бронной. – я любил там ужинать, часто бывал. – Такси тебе вызову.

– Я не хочу, понял?

Я хмыкнул и показал корешок ее паспорта, затем ушел. Придет, никуда не денется. Настроение, несмотря на последние события, резко ушло вверх и последнее из судебных заседаний прошло играючи, закончившись блестящей победой гособвинения.

Это надо отметить. С Аленой.

Я отправил такси к студии и устроился за столиком. Меня здесь знали и аперитив подали по наитию – да, в привычках я достаточно предсказуем.

Я пригубил сухой вермут и подцепил вилкой крупную оливку. Чего я сам хотел от этой встречи? Точно не знаю. По большому счету Алена ни как свидетель, ни как осведомитель мне уже не нужна. Никакого практического резона встречаться с ней не было.

Только личный. У нее интересные реакции на давление и подчинение. Вообще она забавная. Подразню немножко и распрощаюсь. Пусть живет себе, а если что, где ее дом и работа знаю. В клубе, кстати, ей пока не светит подрабатывать: он описан и будет простаивать до суда. Это в лучшем случае.

Через пятнадцать минут отзвонился водитель – пассажир не сел в такси. Я позвонил Алене – тишина. Раздражение обжигающей волной разбежалось по телу.