Господин моего сердца

Но не погиб, нет. Хуже. Он сам стал злом. Стал тем, что клялся уничтожить. – Я не буду питать его. Не стану новой смертью.

– Ты хочешь сказать… – не договорил Дарэл.

– Да, он шептал мне у Черных врат, звал меня. Отец принял в себя смерть.

Эрик как сейчас ощущал на губах вкус золы и пепла, запах гари и тяжелый дух погибели. И черные нити, тянущие вперед, навстречу злу. Шаг. Второй. Уже пять. Тогда у него хватило сил противостоять, но это было до того… Сейчас он не выстоит. Поддастся лживым посулам.

– Ты сильнее, чем твой отец. Ты рожден, чтобы стать великим.

– Я давно потерял вкус к жизни, – криво усмехнувшись, Эрик поднялся. Стряхнув тяжесть темных воспоминаний, закончил спокойно, как и полагалось великому королю Зачарованного леса: – За свои границы я ручаюсь, в остальном: никто из индаров Роутвуда не пойдет в Черные земли. Мы слишком много там потеряли. Это не наша битва. Мое почтение, Дарэл.

Эрик любезно, по-светски распрощался, словно и не было меж ними тяжелого, во многом личного разговора, и покинул покои лорда Долины.

Широким шагом через светлые коридоры и просторные гостиные. Индары дворца с почтением склоняли благородные головы перед ним. Королем. Владыкой необъятного Роутвуда. Почему же сам Эрик не чувствовал гордости и удовольствия от благоговейного трепета, который облаком окружал его, стоит приблизиться к живому существу? А только великую усталость и тяжесть веков.

Гул голосов, шелест платьев, стук каблуков – Эрик едва успел сбавить шаг, когда ему под ноги выскочил пушистый клубок. Ни одна лента не смогла удержать буйные смоляные кудри, в которых запутался маленький венок из ландышей, а кружева на воздушном платьице безбожно поистрепались. Подол с пятнами от мокрой травы, рот и щеки перепачканы малиной – это ребенок или бесенок? – только глаза ясные, чистые, большие, почти такие же черные, как и волосы.

– Эй, полегче! – воскликнул Эрик, когда девочка резко вскочила и, подхватив подол, собралась рвануть в сторону, да так и замерла, глядя на него огромными глазами. – Ты от кого-то убегаешь?

– От Галандиль с нянями, – голосок тоненький, смущенный, а взгляд любопытный и восторженный. Человек. Эрик видел это по бледно-красной ауре. Индары светились голубым.