Его игрушка

– Ничего особенного, просто освежила цвет лица, подтяжку сделала.

– Подтяжку чего? Тебе двадцать пять. Лучше бы пересадку мозга сделала.

Дэдэ сжала губы в тонкую линию. Какая милота! Прямо оскорбленная невинность! У меня внутри словно тумблер упал: чем больше она злилась и обижалась, тем сильнее хотелось поиздеваться над ней. Есть выражение: «не буди во мне зверя». Дэдэ разбудила. Злого и очень страшного зверя. Теперь она вызывает во мне только самые темное и жестокое, а ведь когда-то было иначе.

– Если это все, что ты хотел сказать, пожалуй, я покину тебя. После нашего милого диалога хочется вымыться.

Я не выдержал и рассмеялся. Это действительно что-то новенькое! Дэдэ не заискивает и на пытается снова присосаться к моему члену. Любопытно. Неужели в ней прорезалось что-то похожее на самоуважение?

– Ладно, – решил сжалиться и не уничтожать ее до первой перемены блюд, – слушай внимательно: на ужин к деду надень что-нибудь белое, хотя нет, я сам выберу платье и отправлю тебе.

Твои наряды слишком безвкусные. И смотри, никакого алкоголя. Поняла?

– Поняла.

– И знаешь что, макияж сделай такой же, как сейчас.

Она бросила на меня удивленный взгляд. Да, сейчас она выглядит действительно свежей и отдохнувшей. Но ей не стоит обольщаться.

– Тебе так лучше, не выглядишь, как шлюха с Лексингтон-Авеню. Даже удивительно: с твоим виртуозным умением прыгать по членам, давно пора выглядеть, как дешевая проститутка.

Дэдэ открыла уже было рот в попытке отразить атаку, но нам принесли закуски и вино.

Ели мы молча: я был слишком голоден, чтобы отвлекаться на разговоры; она ковыряла свои канноли и, кажется, хотела поскорее покончить с нашей встречей. Или прикончить – судя по тому, как она орудует ножом, то, наверняка, представляет, что отрезает мне голову.

– Я отвезу тебя, – милостиво объявил. Настроение определенно улучшилось после хорошей кухни. Даже неудача с Фрименом больше не казалась такой уж потерей. Да и Дэдэ сегодня презабавная.

– Не стоит, я уже сыта твоими комментариями.

Она попыталась уйти, но я резко поймал ее локоть и, дождавшись, когда подгонят машину, усадил ее. Воздух в салоне тут же наполнился карамелью и розами. Приятный запах.

– Ты сменила духи?

– Не твое дело.

– Послушай, детка, – крутанув руль и выезжая на оживленную Моррис-Стрит, – пока я плачу по твоим счетам, это мое дело.

Она замолчала, делая вид, что рассматривает свои ногти.