Попаданки убегают в полночь, или Академия кривых зеркал

Судя по часам в главном зале – время позднее, почти одиннадцать ночи, но вечер далеко еще не наступил. К этому было сложно привыкнуть. Ночи на Светлой стороне коротки. Где мой восьмичасовой здоровый сон?! Видимо, ни в одном из миров мне не выспаться.

Я поверх реби набросила легкий шелковый плащ и накинула капюшон на голову: мало ли кто может посетить Светлейшую – лучше подстраховаться. Теперь, когда золотые волосы никому не будут мозолить глаза, можно и самой рассмотреть все без лишней опаски.

Главный зал был величественным и огромным: сплошь мрамор и лепнина, даже что-то вроде трона имелось.

Она грядет и день несет,

Иные силы обретет.

Конец миров, погибель здесь

И лишь…

Продолжения не было. Это какое-то древнее пророчество, но оно не законченно или утеряно. Не все, что я читала или узнавала об этом мире, укладывалось в голове, или было доступно для понимания.

– Что это за пророчество на фреске в главном зале? – спросила у Кассандры, удобно устраиваясь в открытом экипаже.

– Никто не ведает откуда оно пришло и каков его смысл, но я подставляю вместо «она» – война.

Да, ничего хорошего в этом пророчестве нет, но война… Не хотелось бы быть здесь, когда эта «она» придет. Только вот, где мне быть? И как быть?.

Лошади принялись гарцевать – я осмотрелась: кто ими управлять будет? Возницы не видно. Не успела я подумать об этом, как четверка сорвалась с места и, набирая скорость, как самолет, оторвалась от земли.

– Боже! – взвизгнула я, цепляясь за кожаную обшивку. Это что, летающая колесница?! Прямо как у Гелиоса[1 - В древнегреческой мифологии солнечное божество, сын титана Гипериона и Тейи, брат Селены и Эос.]. Надеюсь, я не стану выпавшим из нее Фаэтоном[2 - Сын Гелиоса.

– Перестань удивляться! – строго объявила Кассандра. – Ты должна контролировать свои эмоции. Ты больше не смертная. Обыденность осталась в прошлой жизни.

Я расправила плечи и отпустила поручень. Ладно, не буду пищать ни от страха, ни от восторга. Я приказала себе успокоиться, и сразу стало легче. Испуг прошел, уступив место любопытству. Я наконец увижу Цитадель! Тем более летели мы не так уж высоко: обзор прекрасный, скорость умеренная.