Тайна Дакленда

Тем временем ребята, стараясь унять нервную дрожь, с интересом наблюдали за её действиями, но внезапно из-за пыли, которой под кроватью было немеренно, Арлетти нечаянно чихнула, причём слишком громко для тишины, царившей в комнате. Женщина мгновенно обернулась на звук, и ребята с удивлением узнали в ней сеньору Камиллу.

– Кто здесь? – слегка испуганно проговорила женщина. Она медленно обошла комнату, а затем совершенно неожиданно наклонилась, отдёрнула покрывало и заглянула под кровать. – Эй, вы, четверо! Что вы тут делаете? – абсолютно удивлённо воскликнула сеньора Камилла.

– Мы… мы… мы… просто ожидали приведения, которое напугало Ивэт вчера ночью, – сообразил наконец Паоло.

– Сейчас же возвращайтесь в свои комнаты! – беспрекословным тоном приказала женщина. – Никаких призраков в этом доме нет, и вы в этом уже убедились. Марш в свои кровати! И хватит бродить по ночам, словно вы лунатики!

– По ночам, как лунатик, как раз бродишь ты, мама, – обидчиво сказал Манио, задетый за живое и явно расстроенный, что его план сорвался.

 – Да, мама, а что ты делаешь в такой час в этой комнате?

– Хм… я просто хотела проверить, всё ли здесь в порядке, – нашлась, что ответить сеньора Камилла. – А теперь идите спать! Живо!

Вернувшись в свою комнату, Ивэт легла в кровать, но долго не могла заснуть. Наконец сонливость взяла своё, и девушка погрузилась во мрак.

Уродливого вида старуха медленно и зловеще вышла из воды. Она была высокой и костлявой. Её безобразное лицо представляло собой две впалые глазницы, опустившиеся и отвисшие щёки, уродливыми морщинистыми складками спадавшие к острому корявому подбородку, тонкие прозрачные губы с фиолетовыми прожилками.

Цвет же лица старухи был неестественно-серым, словно у мертвеца, пролежавшего без захоронения несколько недель, на нём отчётливо выделялись тёмно-синие трупные пятна. Сморщенная и изъеденная смертью, фигура старухи была поистине ужасающей. Одета она было в старое истлевшее платье, которое покрывало её до пят, костлявые руки были обнажены. Длинные, спутанные седоватые волосы развевались по ветру белыми нитями. От неё веяло смертью и ужасной гнилью, невыносимой трупной болотной гнилью…

Старуха громко засмеялась, хотя смехом это называть было трудно. Из её горла послышались хриплые булькающие звуки, как будто в её глотке было полно воды.

Она шла по золотистому песчаному берегу. Шла по направлению к джунглям, и смотрела вперёд, вытянув руки перед собой.