Огненная чародейка

Он держался хладнокровно, притворяясь, будто принимает их предложение, но должен подумать. Поняв, что переговорщики не шутят, он рассердился.

Неужели они свихнулись, предлагая ему стать королем государства, которое почти уничтожили ближайшие родственники его матери, а родня со стороны отца нанесла стране смертельный удар? Кто же захочет, чтобы он снова приехал в Азмахар, не говоря уже о том, чтобы править этим проклятым королевством?

Но переговорщики настаивали: мол, они представляют тех, кто считает его спасителем Азмахара.

Чего-чего, а спасителем Хайдар никогда себя не считал, ведь такое невозможно даже генетически! Разве человек, рожденный от демона, может быть спасителем? По словам брата-близнеца, Хайдар унаследовал от предков только самое худшее.

Но переговорщики заявляли – его великолепная родословная поможет ему стать идеальным королем Азмахара.

– Король Хайдар бен Атеф аль-Шалаан, – произнес Хайдар.

Собственные слова показались ему чушью. В конце концов, он не аль-Шалаан – в отличие от старших братьев.

Вернее, бывшей Королевы Демонов.

Вот только жаль, ему самому не удастся стать ее бывшим отпрыском.

Мать донимала Хайдара страхами с самого его рождения. Она считала, что ее ненавистный враг и муж, аль-Шалаан, и его старшие сыновья испортят Хайдара – ее истинное дитя. И она постаралась сделать так, чтобы его с ними ничего не связывало, начиная с имени.

Родив близнецов, королева сразу же поняла: Хайдар – ее копия. Она даже не потрудилась выбрать имя для второго сына, которого аль-Шалаан назвал Джалалом. Именно Джалал, по мнению его отца, олицетворял собой благородство рода аль-Шалаан.

Королева назвала мальчика Хайдаром, что означало «лев», и решила сделать монархом. Но это оказалось невозможно без вооруженного переворота. Еще будучи принцессой Азмахара, она заключила выгодный государству брак с королем Зохаида, зная – ее сыновья никогда не станут королями.

Видимо, с самого первого дня она решила расколоть Зохаид на части, а затем объединить страну и, став единоличной властительницей, устанавливать новые законы, которые сделали бы ее сыновей единственными наследниками престола, а Хайдара – первым претендентом.