Красавица и чудовище

 – Больше не может оставаться сомнений в том, что я и есть Изабелла Джонс.

Словно не услышав ее, Майлз осторожно провел пальцем по чернильному рисунку, обвивавшему ее лодыжку. Уже знакомое Белле жжение пробежало вверх по ее ноге, усиливая ее смятение. Ей и в голову никогда не приходило, что ее кожа может быть столь чувствительной.

Или что мужчина может быть столь назойливым.

– Потрясающе, – пробормотал он. – Вы знаете значение этих символов?

Белла покачала головой. Возможно, когда-то она и знала.

Но как она могла что-то вспомнить, когда ее вниманием полностью завладело его властное прикосновение?

– Пожалуйста, отпустите мою ногу, сэр.

Эйлуин проигнорировал ее просьбу.

– Я видел похожие знаки у женщин из племени берберов. Круг, перечеркнутый линией, символизирует Солнце и его целебные свойства. – Он провел пальцем сначала по одной татуировке, потом по другой. – Перевернутые полукружья вокруг звезд служат защитой от дурного глаза.

– Лучше бы они защищали от дерзких герцогов.

Снова посмотрев на Беллу, он от души расхохотался, отчего стал почти… очаровательным. И это очарование одновременно угрожало и привлекало. Внезапно отблеск света на его лице погас. Его взгляд снова стал суровым и расчетливым, и Белла задумалась, не знал ли негодяй с самого начала, что она – дочь сэра Сеймура.

Впрочем, это неважно. Эйлуин не может разгадать ее игру.

Белла сильно дернула ногой, чтобы оттолкнуть его. На этот раз он отпустил ее, и она отступила назад.

Ее юбки упали вниз, обе ее ноги наконец-то ступили на паркетный пол, и она ощутила, как к ней возвращается способность ясно мыслить.

По крайней мере, так было, пока она не увидела на его раскрытой ладони знакомый предмет. Герцог поднялся на ноги, и лезвие с рукояткой из слоновой кости блеснуло на солнце.

– Мой кинжал! – воскликнула она.

Возмущенная совершенной им кражей, Белла бросилась прямо на него. Эйлуин поднял руку, чтобы она не дотянулась до своего оружия.

Она встала на цыпочки и потянулась вверх, не обращая внимания на то, что ей пришлось прижаться к его мускулистому телу, ведь в это мгновение она могла думать лишь о том, как бы вернуть свое драгоценное средство защиты.

Бесполезно! У герцога было преимущество в росте.

Белла отступила, делая глубокие вдохи, чтобы унять охвативший ее гнев. Как это чудовище незаметно для нее смогло вытащить кинжал из ножен?

– Это подарок моего отца.