Красавица и чудовище

Ее безрассудное поведение раздражало его сверх меры. И еще эти ее глаза, смотрящие на него с такой смелостью. Словно это он был виноват в том, что отказался быть одураченным в соответствии с ее планом. Не прошел герцог и трех шагов, как его остановил ее голос:

– Подождите, сэр… Ваша светлость! Я не чужая для вашей семьи. Моим отцом был сэр Сеймур Джонс. Он был коллегой вашего отца в Египте.

У Майлза внутри все перевернулось. Он медленно повернулся назад, чтобы снова оказаться с ней лицом к лицу. Недоверие боролось в нем с изумлением.

Больше двадцати лет прошло после того трагического случая в Египте. Майлз попытался сопоставить ее черты со смутным воспоминанием о шестилетней девочке, которая хвостиком бегала следом за ним по лагерю. Белла… Изабелла. Так она тогда себя называла. У ребенка, которого он знал, тоже были голубые глаза. Но больше он почти ничего не помнил. Ему было тогда всего тринадцать лет, и он старался игнорировать маленьких назойливых девочек.

А сэр Сеймур! Он казался дружелюбным, честным парнем, всегда терпеливым и готовым прийти на помощь, когда Майлз задавал ему вопросы о раскопках гробницы фараона. Он до сих пор помнил этого человека, его бородатое лицо, потемневшее от горячего египетского солнца, и его белые зубы, сверкавшие в улыбке.

Господи! Майлз по наивности доверял этому негодяю даже тогда, когда его собственный отец был убит расхитителями гробниц. Не прошло и суток, как сэр Сеймур покинул его.

Майлз все еще чувствовал сокрушительную тяжесть отчаяния и горя – он остался один, без отца, в чужой стране. Еще хуже было бремя его собственной вины. Если бы не ссора между ними, его отец не ушел бы из лагеря в ту роковую ночь. И не умер бы… Эти воспоминания грозили затянуть его в черную дыру.

Майлз глубоко вздохнул. И решил не верить этой женщине на слово.

Но если мисс Белла Джонс действительно дочь сэра Сеймура… Тогда Майлз должен выяснить, что ей известно.

Глава 5

– Следуйте за мной! – рявкнул герцог.

Белла поспешно повиновалась короткому приказанию. Пойманная на неприкрытой лжи, она не рискнула снова навлечь на себя его гнев. Она почти бежала по коридору, чтобы поспеть за его длинными шагами.