Последние наследники. Тень

Туманник, внезапно оказавшись пред ними, спросил:

– Ты не боишься меня?

– А должен? – ответил Акамир, воспользовавшись волей отклона и вызвав при этом направленную на врага волну воздуха.

Мгновенно среагировав, Туманник на долю секунды успел пройти через волну, которая, попав в дерево, разнесла его основание, из-за чего оно упало на землю.

– Для своих лет ты уже владеешь волей такой силы. Это довольно похвально. Я хочу сыграть с вами в одну игру. Ставка – жизнь.

При использовании столь мощной волны у Акамира на мгновенье потемнело в глазах и перехватило дыхание, также чувствовалось оледенение кончиков пальцев на руках.

– Разве ты не должен нас убить?

– Видишь ли, это неинтересно. Чего стоит убить безоружного ребёнка? А так игра даст вам шанс спастись. И ты, я вижу, крепок духом, что должно сильно позабавить меня.

Посмотрев на брата, Акамир спросил:

– В чём же заключается твоя игра?

В крепости в то же время шла ожесточённая битва между двумя лидерами.

Зоран, замахнувшись секирой, нанёс такой сокрушительный удар, что даже земля вздрогнула от его силы. Андрогаст, сумев отклонить удар от себя, взмыл в небо и совершил удар, в котором впоследствии рассёк противнику левую руку, как вдруг тот, выпустив из руки секиру, нанёс пронзительный удар рукой в грудь противника.

– Не зазнавайся! – вскрикнул Вождь, ударив его о землю, из-за чего Андрогаст, отхаркнув кровь, был уже прижат к земле.

– На твоих костях! – ответил Андрогаст, обхватив впившуюся в него раскалённую руку врага, начав при этом извлекать её из себя, и, подставив ноги к его груди, откинул его подальше от себя.

Поднявшись с подтаявшего от его тела снега, Зоран сказал:

– Ты достойный противник, но оглянись: твои собратья падают от рук моей армии один за другим.

Андрогаст, встав на одно колено и держась за кровоточащую рану, проговорил:

– Пока нам есть за что сражаться, мы никогда не отступим! – встав на ноги, он с трудом держал равновесие и, подобрав глефу, из последних сил двинулся в сторону Зорана, говоря себе:

– Я уже не смогу сражаться. Но я сделаю всё, что в моих силах, чтобы защитить тех, кого я люблю. Если ты ещё жив, младший, прости, я ухожу первым.