Томек в Гран-Чако

Никто, кроме него, не решился бы пойти туда, где обитают злые духи.

– Я ваших злых духов не боюсь, – отрезал Смуга. – Если ты и правда хочешь нам помочь, говори, где спрятано оружие.

– Слышала, что ты, виракоча, великий чародей, – прошептала в ответ Агуа, благоговейно поглядывая на Смугу. – Злые духи тебя не испугают!

– Скажи наконец, где спрятано оружие, – поторопил ее Смуга.

Агуа вновь стала беспокойно озираться, потом дрожащим голосом шепнула:

– Там, выше. В том большом доме, в котором наши предки молились Солнцу.

– А как ты об этом разузнала? – допытывался Смуга.

– Я подсмотрела, как это делал Онари, когда брал одежду для кумпы.

– Значит, ты все же была в этом тайнике и злые духи ничего плохого тебе не сделали, – заключил Смуга. – Не так уж там и страшно, как ты говоришь.

– Ошибаешься, виракоча, – перепугалась Агуа. – Только Онари осмеливается к ним входить. Я ждала у стены с этой змеей, и стена сама собой задвинулась.

– А ты точно знаешь, что оружие еще там?

– Точно, виракоча.

– И не боишься, что Онари догадается, кто показал нам дорогу в этот схрон? – недоверчиво спросил Новицкий. – Тебе ведь известно, какая кара ждет предателей. Мы не хотим, чтобы ты погибла!

– Ты не думай обо мне, кумпа! Ничего мне не сделается… Даже если Онари и догадается. А другие подумают, будто это еще одно колдовство белого чародея.

– Мне кажется, ты чего-то недоговариваешь, – заявил Смуга, сурово глядя на индианку.

Агуа смотрела Смуге прямо в глаза, честно и открыто. Мгновение помолчав, она сказала:

– Ты недоверчив, виракоча. Но мне нужно возвращаться. Онари с воинами скоро вернется с реки, там они готовили лодку для Тасулинчи. Старшие жены дома. Предупреждаю вас – бегите!

Простодушный Новицкий был тронут до глубины души. Он склонился к индианке, взял ее голову в ладони и нежно поцеловал женщину в лоб с изображением черного змея – оберегом от змеи.

– Хорошая ты женщина, Агуа. Прощай!

– Я тебя люблю, кумпа. Если бы могла, пошла бы с тобой. Беги к реке, кумпа, слышишь? – с нажимом шепнула ему Агуа и тут же исчезла в гуще кустарника.

Подождав, пока не смолкнет шелест ветвей, Смуга сказал:

– Везет тебе на женщин! И как это ты до сих пор в холостяках ходишь?

– Мне сейчас не до амурных дел, – пробурчал Новицкий.