Томек на тропе войны

Боцман и Томек направились за обещанным ромом. В комнате у моряка было дюжины полторы бутылок его излюбленного напитка с Ямайки. В каждое путешествие боцман брал этот запас, считая ром лучшим средством от всех болезней. Оставшись наедине с Томеком, боцман задумчиво взглянул на него и произнес:

– Интересно, что бы сделал твой почтенный родитель на нашем месте?

– То же, что сделаем и мы, боцман, – быстро ответил Томек.

– А что мы сделаем?

– Освободим Черную Молнию!

– Нелегкое это дело, браток. Караульные стерегут его пуще глаза, на руках и ногах браслеты, да ко всему еще мы здесь гости.

– Не будь у Черной Молнии наручников, он бы и сам справился, – ответил Томек. – Лошади в нескольких шагах отсюда. Наверняка смог бы бежать.

– Если бы да кабы… – фыркнул боцман. – Развел философию! Тут еще поломаешь голову, пока что-нибудь придумаешь. Это-то и я соображаю, что лишь бы браслеты снять, а там – ищи ветра!.. Но ведь не можем же мы убить шерифа, чтобы…

Боцман осекся на полуслове, так как дверь тихо приоткрылась и на цыпочках вошла Салли.

– Наказание Господне с этой девчонкой! Что тебе здесь надо? – резко спросил боцман. – Тебе уже давно пора лежать в своей кроватке!

Салли весело хихикнула и кивнула Томеку.

– Покажи боцману, что ты принесла, – сказал тот.

Девушка подбежала к моряку и сунула ему под нос ладонь, на которой лежал маленький ключик. Проблеск догадки и восхищения мелькнул на лице боцмана.

– Я сразу сообразил, что вы что-то затеяли, – проворчал он. – Каким это образом ты стащила ключ у дядюшки?

– Томми, скажи, боцман тоже в заговоре? – спросила девушка.

– Да, Салли, да! Можешь ему все сказать, – успокоил ее Томек.

– Дядин ключик так и висит у него на цепочке, как висел, – объяснила Салли. – А это другой, точно такой же, из ящика письменного стола.

– Неплохо вы все провернули, – признал боцман. – Если индеец улизнет, а дядюшка вспомнит о втором ключе и не найдет его на месте, то пиши пропало! Так втроем и угодим за решетку.

– В том-то все и дело, – озабоченно сказал Томек.

Боцман наморщил лоб, а Томек подошел к окну, что-то напряженно соображая. Наконец, отвернувшись от окна, сказал:

– А может, и удастся. Салли, что делает сейчас твоя мама?

– С ее стороны нам ничто не грозит. У нее разболелась голова, наверняка приняла порошок, потому что уже спит.

– Это хорошо. Сейчас тебе здесь делать нечего, милочка.