Томек на Черном континенте

Газель представляет в пустыне прекрасную картину, которая с давних пор вдохновляла восточных поэтов, увлекательно воспевавших это красивое создание и бравших от него высшие сравнения для выражения красоты женщины. Длина газели (A. dorcas) – до 1,1 м при высоте 60 см. Стройное туловище ее, оканчивающееся длинным, с густыми волосами на конце хвостом, опирается на чрезвычайно нежные, стройные ноги с изящными копытами. Голову средней величины украшают большие, огненные, оживленные, почти с круглым зрачком глаза.

?…??Газель, несомненно, высокоодаренное животное.

Быстрее ветра несется она по пустыне, шутя делая прыжки до сажени высотой. Все внешние чувства у нее развиты прекрасно. Нрав у нее хороший, мирный, добродушный. Поэтому и к человеку она скоро привыкает, привязываясь к нему иногда, как собака. (А. Брэм. Жизнь животных, т. 1.)

Охотники придержали лошадей, отказавшись от бесцельной погони. Смуга и Томек подъехали к убитой газели. Остальные охотники присоединились к ним. Динго уже был на месте. Опираясь передними лапами о шею мертвого животного, собака смотрела в неподвижные, широко открытые темные глаза газели.

Увидев своих, Динго замахал хвостом и залаял.

– Да, я считаю себя хорошим стрелком, но вы, пожалуй, настоящий мастер своего дела, – похвалил Хантер, с уважением смотря на Смугу. – Выстрел с лошади в бегущую газель – это же почти цирковой номер.

Смуга улыбнулся и ответил:

– У меня были хорошие учителя. Мне приходилось бывать в Техасе[34 - Техас – штат на юге США.], который славится мастерами стрельбы из револьвера.

У ковбоев я научился попадать из револьвера в подброшенную монету.

Хантер соскочил с лошади. Когда он нагнулся над газелью, Динго предупреждающе обнажил острые зубы и заворчал. Томек отозвал собаку. Следопыт внимательно осмотрел мертвое животное. Это был самец весом около сорока килограммов. Мягкая, шелковистая шерсть газели на спине и по бокам была коричневато-желтого цвета, переходящего на животе и на стройных, будто вырезанных из слоновой кости ногах в снежно-белый.

Изящные копыта животного были спереди заострены. На голове самца торчали черные изогнутые рога длиной около тридцати сантиметров. Спереди они напоминали лиру.

Томек посмотрел в неподвижные, добрые глаза газели, в которых сохранилось выражение страха. Как всегда в таких случаях, ему стало жаль убитого животного.

– Вы попали прямо в сердце, – заявил Хантер. – Я сейчас взвалю газель на вьючную лошадь, а вечером, во время постоя, освежую ее.