Томек на Черном континенте

 – Ловко ты поддел это африканское свинство! А что, Хантер, я же вам говорил, что наш пацан не даст себе плевать в кашу?!

– Поздравляю, поздравляю, в самом деле прекрасный выстрел, да еще ночью, – похвалил Хантер Томека, пожимая ему руку.

К этим поздравлениям вскоре присоединились Смуга и Вильмовский; Томек смотрел на них с удивлением. Ведь когда он становился на вахту, следопыт сказал, что все уже легли спать, а тут оказалось, что все окружили его, одетые так, словно и не ложились.

– Что-то мне начинает казаться, что никто из вас еще не ложился.

– Не будь таким мелочным, дружище, – примирительно сказал боцман. – Я побился с Хантером об заклад, что ты будешь вести себя на вахте как старый ветеран. Поэтому нам пришлось подсматривать через отверстие в палатке, чтобы узнать, кому из нас придется ставить бутылку. Разве не так было, скажите, Хантер?

– Конечно так, – быстро подтвердил следопыт, с благодарностью посмотрев на боцмана, радуясь его ловкому выходу из трудного положения.

– Ну хорошо, а почему не спали папа и дядя Смуга? – спросил Томек.

Смуга посмотрел мальчику прямо в глаза и ответил:

– Я тебе скажу правду, Томек. Мы хотели убедиться, что после года пребывания в городе ты не отвык от джунглей. Ведь это могло случиться. Теперь я могу с удовольствием сказать, что ты ничего не забыл. Это нас очень радует, потому что на этот раз мы можем встретиться со многими опасностями. Хорошо знать, что можно полностью положиться на каждого участника экспедиции.

– Верю! – воскликнул Томек с волнением и бросился Смуге на шею.

– Мне кажется, Хантер, что у нас появилась прекрасная оказия осушить бутылку рома, – заметил боцман Новицкий. – Сразу заснуть нам не удастся, поэтому не повредит проглотить рюмочку-другую на сон грядущий, а Томеку, пожалуй, полезно выпить чашечку горячего кофе. Что вы об этом думаете?

– Мне уже давно не приходилось слышать столь делового предложения, – поддержал боцмана Смуга.

– Выпьем за успех нашей экспедиции, – охотно согласился Вильмовский.

V

Приветствую тебя, кирангози!

[33 - Кирангози – «проводник» на языке народа масаи.]

Восход солнца застал наших охотников вполне готовыми к дальнейшему путешествию. Через некоторое время они прошли горный перевал и очутились на высоком плоскогорье.