Укради мою любовь

Все должны были спать, утомленные торжеством, и Коста уверился, что дело на мази, когда вдруг из кресла появилась девчонка, а потом выдала такое, что он переспросил, надеясь ослышаться:

– Что ты сказала?

– Укради мою девственность, – потребовала она и замолчала.

Ее глаза лихорадочно блестели, на щеках горел румянец. Совсем молоденькая, хорошенькая и говорит, кажется, всерьез.

– Я бы хотел глубже войти, так сказать, в курс дела, – хмыкнул он.

– А я бы не хотела вдаваться в детали, – отрезала она.

 – Согласен? Нет? Может, кулон тебе не особо нужен?

– Откуда я знаю, что он у тебя? – спросил Коста, расставляя колени и окидывая девицу нарочито похабным взглядом. – Вдруг просто хочешь повеселиться, а? Раз уж брачная ночка не задалась.

– Я бы не стала врать, – ответила девушка с таким высокомерным достоинством, как будто это не она только что предложила ему переспать. – Честный обмен. Ты мне, я тебе.

Она вынула из халата кулон, и Коста, взвившись с места, выхватил его из ее руки.

Девушка посмотрела на свою ладонь, потом на него, и ее губы обиженно задрожали.

– Прости, милая, у меня и так выдалась насыщенная ночь, – пробормотал Коста, пряча кулон в карман, но отчего-то не спеша уходить.

– Я буду кричать! – с отчаяньем пригрозила она, вскакивая с кресла. – Тебя поймают!

– Ну, знаешь, если бы мы все же сделали это, ты бы тоже кричала, – заметил он.

– Я умею терпеть боль, – скупо ответила она, и Коста чуть не поперхнулся очередной сальной шуткой.

– Я имел в виду – от удовольствия, – пояснил он, и вдовушка Доксвелла посмотрела на него с такой смесью насмешки, недоверия и удивления, что ему тут же захотелось задержаться на часок-другой и доказать, что он не врет. – Зачем тебе это? – спросил он совсем другим тоном.

– Потому что тогда я буду вдовой! – воскликнула она и, заломив руки, принялась ходить туда-сюда. – По-настоящему!

Ее халат распахнулся, и кружевной пеньюар окутал стройные ноги белой пеной.

– Гевин умер, не успев… Ну, ты понимаешь, – торопливо объясняла она.

 – Теперь наш брак признают недействительным. Все меня спрашивали – консумирован ли брак. Но я была в таком шоке, что и слова сказать не могла. А ведь они не отстанут! И когда поймут, что я так и осталась невинной, то отправят назад к дяде. А он опять выдаст меня замуж за какого-нибудь богатого старика!

Она остановилась и с мольбой посмотрела на Косту.

– Пожалуйста, – попросила она.