Укради мою любовь

Я понятия не имела, сколько стоит организовать прием, обустроить комнаты для гостей. Может, в доме всего одна спальня в хорошем состоянии, и ту я уже забрала себе.

Руперт по-свойски взял мою ладонь, положил себе на сгиб локтя и повел к белому дому, стоящему прямо у причала.

– Я предпочитаю быть в гуще событий, – пояснил он, поднимаясь по белым мраморным ступеням.

Однако на террасе, выходящей в маленький садик, было относительно тихо. Я запоздало подумала, что не стоило сразу принимать предложение мужчины и приходить к нему в гости без сопровождения, но здесь, в Виларе, нравы могли быть проще.

Служанка подала нам кофе, теплые булочки, творог с ягодами и тонко нарезанные груши, политые медом. Жизнь становилась похожей на сказку и приобретала вполне определенные очертания. Я буду сдавать комнаты состоятельным путешественникам, строить из себя высокородную даму и иногда завтракать с мэром города на чудесной террасе под тенью раскидистых пальм.

Руперт рассказывал мне про Вилару, и было видно, что он горит своим делом. Он видел город центром торговых путей, второй столицей.

– А что, если призрак все же есть, – ляпнула я, когда в разговоре повисла редкая пауза, – и станет донимать моих гостей?

– А что ваша экономка? Она не жаловалась на потустороннее?

– Нет, она ничего такого не говорила, – сказала я. – Хотя казалась слегка напуганной. Наверное, тоже наслушалась страшных историй.

– Значит, привидение и правда исчезло. Иначе она бы дала о себе знать в первую же ночь.

– Она? – переспросила я. – Это женщина?

– Я ее не видел. Только слышал душераздирающий вопль, от которого едва не поседел. Но, говорят, она иногда мелькает в окнах. Если смотреть не пристально, а как бы расфокусировав зрение, то можно заметить силуэт со свечой в руках.

Кофе вдруг стал невыносимо горьким, и я с трудом его проглотила. Ничего странного, что Реджина держала свечу.

– Откуда она, эта женщина-призрак, вообще взялась? – спросила я.

– Тут легенды расходятся, – ответил Руперт. – Кто-то говорит, что муж живьем замуровал ее в стене черного дома, кто-то, что она сама его придушила и поэтому не может получить прощение высших сил. Есть версия, что она жаждет мести за коварно убитого возлюбленного.

Я зябко подернула плечами.

– Не бойтесь, Элисьена, – успокоил он меня.