Время зверя

Иногда Александр приходил за ней, разрывая связь с небытием, и тогда время возвращалось в своё русло, обретало привычный ход. Анна прижималась к любимому и прятала лицо на его груди, чувствуя биение сердца, движение крови по венам, дыхание самой жизни.

Она тяжело вздыхала, вспоминая своё погружение на дно реки времени, туда, где движение секундной стрелки больше не имеет значения. – Алекс, – спрашивала она, – что такое наше бессмертие? Неужели пройдут века и тысячелетия, а мы по-прежнему будем бродить по этой земле, оставаясь такими же молодыми и красивыми? Неужели ничто не сможет поколебать основы нашего бытия? И мир ничего не сможет противопоставить нам? Я чувствую себя неуязвимой, когда брожу среди этих развалин, я вижу вокруг себя только смерть и разрушение, сокрушительные следы времени, и иногда мне хочется зайти под эти полуразрушенные своды, чтобы обрести покой вместе с жителями давно погибшего города, а иногда я жажду вознестись к небесам и оттуда осматривать землю холодным, равнодушным взором, чувствовать себя властителем мира, вершителем судеб.

Но я оглядываюсь по сторонам, доверяюсь вечности и иду дальше по нашему общему с тобой пути.

Но сегодня она бродила по руинам в одиночестве, и никто не отвечал на её безмолвные вопросы. Тишина окутывала её покрывалом, под покровом ночи нашёптывая ей наедине тайны прошлого. Прохладные камни молчали, а на горизонте, за стройными прямыми силуэтами деревьев, возвышалась мрачная громада вулкана.

Непривычный звук внезапно нарушил тишину.

Анна прислушалась и уловила неясный шелест, глухие отзвуки чьих-то тяжёлых шагов по мостовой. Она затаила дыхание и отступила в тень домов. Звук усиливался, и вместе с ним ветер принес резкий, едкий запах зверя.

Анна неслышно отступила в тень дома, ожидая пришельца. Он появился в просвете между домами, и яркий свет полной луны подсветил его мощное звериное тело, похожее на волчье, только гораздо крупнее, серебристую густую шерсть и оскалившуюся пасть, полную длинных острых клыков.

Зверь замер, прислушиваясь и принюхиваясь, а потом повернул свою голову к ней и низко, угрожающе зарычал.

Анна вздрогнула, ощутив надвигающуюся угрозу. – Алекс, – мысленно позвала она, – я в опасности, – а потом легко вспрыгнула на крышу, увернувшись от острых клыков, щёлкнувших в полуметре от неё.

Она побежала по крышам, легко перепрыгивая с одного дома на другой, ускоряя шаг, стремясь выбраться из лабиринта руин на открытое пространство амфитеатра.