Сказ про Ваньку, про Илью-оборотня и про Фаню-хранительницу

Но потом Ванька рассмотрел на небольшом расстоянии от первой точки более тусклый, словно слегка затухший, красноватый кружок, двигающийся в согласии с другим ярким свечением. И Ванька догадался: это были глаза, обладатель которых направлялся прямиком к нему. Точки находились высоко от земли, значительно выше человеческого роста. Теперь Ванька осознал, что может с ним сделать животное такого размера, и именно это предположение лишило его движения. Застыв в оцепенении, он наблюдал, как точки всё приближаются и приближаются.

Ванька очнулся от обдувающего разгорячённые щёки ветра. Он не мог понять, что с ним случилось, и где вообще находится. Пытаясь припомнить последние минуты перед своим первым в жизни и таким позорным обмороком, Ванька даже не обратил внимание на пролетающие мимо сосны. Сидя на чём-то мягком, он не подозревал, что его похитителем является жуткое, мохнатое, как сказали бы жители его селения, чудовище. Хотя на самом деле это был обыкновенный вепрь, или огромный кабан, правда, немного волшебный, что уж тут лукавить.

Ванька приподнялся на мощной спине зверя, оставшейся практически неподвижной, отчего и казалось, что движется он лёжа на каком-то помосте. И только сейчас сообразил, что попал в незнамую заваруху. Ванька поразмыслил: если вепрь его сразу не съел, очевидно, он для чего-то ему понадобился. Но для чего – сложно было представить. Поэтому, слегка ухватившись за шерсть животного, Ванька подобрал под себя колени, чтобы ненароком не свалиться – он же не знал, где находится и как попасть домой, – и начал продумывать свою жалостливую речь к вепрю про то, что он хочет домой, что дома у него остался отец, которому сложно будет одному справляться с хозяйством, что он-де помощник, что как же он оставит родного отца и так далее.

Ванька успел нараспев пропричитать только половину своей продуманной речи, когда вепрь пренебрежительно фыркнул, словно ему надоело слушать подобные разглагольствования. После этого у Ваньки потерялся всякий запал на упрашивающие отпустить его речи.

Вот уже на востоке начал заниматься рассвет. Вот уже лесные жители приступили к своим делам, встречая новый день. Вот уже утрешняя роса осела на пробивающейся травушке. Вот уже проснувшиеся птицы полетели по небу. А вепрь так и продолжал нестись с ношей. А Ванька так и не знал, куда и зачем.

Волшебный зверь нёс его всё утро, весь день и весь вечер.