И путь порой бескрайний

И однажды пока бабушка отшёптывала, сыпанула на меня соли. Мне тогда было не до смеха: ведь эту соль она откладывала и куда-то выбрасывала. Поэтому вместо того, чтобы промолчать, я воскликнула:

– Бабушка, я же не жареная картошка, чтобы меня солить.

Конечно, бабушка закончила отшёптывание, но как она тогда хохотала.

От воспоминаний я невольно смешливо фыркнула и поняла, что не смогу вернуться обратно. И не из-за того, что вероятно мир меня не выпустит, а от того, что я должна найти бабушку – в каком бы виде она здесь не была.

Одно дело узнать от кого-то (хоть от камня), что твой любимый человек умер, а другое дело – увидеть самому. Мне нужны были доказательства!

Мий удивлённо глянул на меня, я же наскоро вытерла слёзы, через икоту допила отвар и поднялась со скамьи. Дед Йаг зашёл в избу и осуждающе цокнул:

– Долга. Вам, канеш, торопиться некуда, но и засиживаться не нать, – он открыл дверь, за которой показался теперь знакомый камень. – Идите, но помни об уговоре.

– Обязательно, – было ощущение, Дед Йаг переживал.

Только вот непонятно по какому поводу: то ли он думал, что мы его обманем с поиском домового, то ли он просто переживал за мою и Мия судьбу. Уточнять не хотелось. Лучше сразу подумать о втором варианте и отправиться в путь.

Мий быстренько перебрал ножками и подёргал меня за штанину. Опустившись на колени, я подставила руку, и он проворно забрался мне на плечо.

– Чудно-о, – протянул Дед Йаг. – Что ж, время не дремлет.

*

Три камушка оттягивали карман в джинсах, но я не решалась их запрятать в рюкзак, боясь потерять хоть малую часть тех ответов, что успела получить в этом мире.

Чувствовалось, как чёрный камень больше всех жёг ногу даже через ткань. Но я упорно двигалась вперёд, не обращая на него внимания: мне нужна была моя бабушка. Хоть частичка её.

Возле камня я остановилась и, убрав ветви дикого винограда, проверила, не появился ли лаз.

– Ничего, – подытожила я.

– Тебе ещё рано уходить, – тихо проговорил Мий. – Не все дела сделала.

– А это что?..

Слева от камня выделялась кучка то ли мусора, то ли ещё чего.

– Может кто вещи забыл? – неуверенно предположил Мий.

Под гладким боком вещего камня лежали грязные тряпки, из-под которых виднелись овощные очистки.

– Это… мусор? – я удивлённо потыкала в кучу, от которой тотчас разлетелись мухи, нос защекотал сладковатый запах гниения.

– Фу-у, – протянул Мий, закрываясь рукавом, – как некрасиво. Не думал, что тут такое может встретиться.