Лабиринт

Извините.

– Все в порядке. – Ей бы самой книжки писать, а не читать и издавать чужие.

Темно и только фонари горят. Город так красив в лучах своих огней. На дорогах не так много машин, что я больше всего люблю. Удобно ездить, в пробках не стоишь и быстро добираешься.

Отсчет начался

второй день

– Привет.

Снова этот голос. Я повернула голову: на табурете возле бара сидел он.

– Как ты сюда попал?

Он повернул голову на бок и моргнул два раз:

– Ты меня не помнишь.

– Ты уже спрашивал.

– Это не вопрос по сравнению с прошлым разом, а утверждение. Ты меня не помнишь. Это ничего, ты сама раньше говорила, что взрослым приходится объяснять все по несколько раз.

– Что?

– Я От. Я твоя фантазия.

Мне казалось, что все плывет и я не понимаю, что происходит, где я.

– Мы у тебя дома, в своей квартире. Ты ужинаешь, а я сижу напротив тебя и пытаюсь рассказать кто я такой, ты же не помнишь меня совсем. – На последней фразе голос его стал грустным и глаз перестали сиять.

Он закрыл глаза, сделал вдох:

– Тебе нужно поесть, Лили.

– Лили? – Давно забытое имя. Так меня звали, когда была маленькой, но кто не помню.

– Хоть это ты помнишь. – Он улыбнулся самой большой улыбкой, которую я когда либо видела, открыв ровный белоснежный ряд больших и красивых зубов, наклонил голову и моргнул два раза.

От моргает, только когда наклоняет голову, странно. Или мне так кажется, ведь и я моргаю, скорее всего он моргает тогда же когда и я.

– Я моргаю, только когда наклоняю голову и в твоем присутствии.

 – Он смотрел на меня.

Я не донесла салат до рта и уронила вилку.

– Я же говорил, что мы раньше общались: ты думала, я читал твои мысли и говорил. – Он улыбнулся.

Я зажмурила глаза.

– Я уже говорил, что это не поможет. – Он покачал головой. – Сложно будет, но ничего.

Он спрыгнул с огромного стула относительно его роста и подошел к кухне. Запрыгнул на стол и стал лазить по шкафам. Ничего не упало и не разбилось, словно он точно знает, что где лежит.

Он достал банку с какао, сахарницу, большую кружку. Кружку он выбирал долго: брал в руки, переворачивал, смотрел в нее, казалось, нюхает, подбрасывал, определяя вес и наконец определился. Он взял самую большую, нет, не просто большую, а огромную кружку. Его обе ладони проходили сквозь ручку. Бегая по столу, он улыбался этой своей огромной улыбкой. Я ее точно где-то видела.

Он спрыгнул на пол и подошел к стулу, вскарабкался на него.