Безумие моей жизни. «Танец» & «Безумие»

Он учился заново ходить. Заново жить. Когда-то он бегал, но однажды оступился. Снова начал бегать спустя пять лет; колено болит до сих пор, особенно на перемену погоды, и от больших нагрузок.

В день окончания университета его отец умер. Вадим Геннадьевич Белый умер в возрасте 50 лет от рака. Это был шок для всей семьи. Врачи говорили, готовьтесь, но никто не думал, что так скоро. Особенно тяжело перенесла смерть мужа Татьяна Игоревна. Семья, поддержка сыновей – помогли пережить потерю. Жить ради них, ради своих любимых.

У старшего сына Семёна уже своя семья, дети. Слава – любимый сын; «жить ради жизни и любви». Она дождётся внуков: детей Славы. А сейчас…«жизнь продолжается, – сказал Вадим перед смертью, -…живи ради них.»

«Доводи начатое до конца,» – учил своих детей Вадим Геннадьевич. «Каждый проходит жизненные этапы. Мой отец умер, а на следующий день мне вручили диплом», – говорил он, сжимая кулаки. Он встал, смог подняться. «Это жизнь и она продолжается, несмотря ни на что».

Работа, работа с утра до ночи.

Сидеть дома не мог «моторчик работает постоянно», ему нужно было постоянно что-то делать, чем-то заниматься. Поэтому дела были расписаны на наделю, а, иногда, и на месяц вперёд.

Человек, который знал обо всех, но про которого никто ничего не знал. Свои чувства и личную жизнь скрывал. Учился и учил других.

2

Смех, смех, он отрывает от мыслей. Смех, её смех проникал глубоко в душу. Странно, такое с ним впервые. Он оглянулся. «И когда успел?». Вячеслав сидел на скамейке в тени дуба.

– Ваша лошадь в поле, – сказал погонщик, проходя мимо.

– Но….его уже не было.

– Разрешите? – голос прервал его размышления. Он поднял глаза вверх. Перед ним стояла эта новенькая.

Она была красива. Он смотрел на неё против солнца.

– Так можно присесть?

– А? Да, конечно. Вячеслав.

– Света, – она сказала это просто, не поворачивая головы.

– Ты… Вы прекрасно сидите в седле. Мне сказали, что вы давно не ездили, такое впечатление, что катались в последний раз вчера.

Она повернула голову, её карие мутно болотного цвета глаза стали пристально рассматривать его, казалось, влезли не только в голову, а и в душу – это длилось несколько секунд. А может, показалось?

– Можно на ты, – она мило улыбнулась. – Сегодня впервые за несколько лет я снова села на лошадь. Однажды на соревнованиях упала, – она резко замолчала.

– Травма?

– Нет, мне сказали шок… а ты тут часто? Можешь мне показать, где здесь озеро. Всё переделали.