Первая жизнь, вторая жизнь

– Ты не дал мне договорить. Там девушка печет для нас пироги. Леха ждет, когда поспеют.

– Как ее зовут? – полюбопытствовала Лола.

– Вика.

– Неплохо знаю ее. Стряпуха отменная. И молоко их корова дает удивительно вкусное.

– Да, но… – Он сконфузился. – На желудке потом как-то не очень было.

– Пронесло, что ли? – хохотнул Виталя. – Так это с непривычки. Мы, городские, пьем порошок. А тут настоящее. А теперь скажи, Женек, в какие кусты лучше не ходить?

Евгений стал что-то лепетать, еще больше смутившись, но Лола позвала всех в гости.

В доме туалет, пусть и необорудованный, имеется летний душ, кровати, если кто захочет отдохнуть, чай, кофе…

– А наливка осталась? – встрепенулся Виталя.

– Наверное. Но ты же за рулем.

– Я остаюсь. Сегодня же полнолуние. А ты, Сема? – Он хлопнул Ткачева по спине.

– Как я такое пропущу.

– Вот и отлично. Тогда погнали в Васильки. Женек, ты с нами?

Тот, поморщившись, потрогал живот и закивал.

Лола жила в дивном доме. Ветхом, запущенном, но все равно красивом.

Но, скорее всего, он сохранил старославянскую прелесть в виде наличников и чердака-скворечника именно потому, что не обновлялся. Такие избы люди кирпичом обносят или сайдингом, и они теряют свой колорит.

– Твои предки были зажиточными? – спросил у Лолы Семен, зайдя в просторные сени.

– Прабабушка рассказывала мне, что ее мать была в тесных отношениях с князем Филаретовым.

– Последним хозяином? – припомнил рассказ Витали Ткачев. – Тем, что себе пулю в лоб пустил?

– Да.

– Но он же был стариком.

– Скончался в шестьдесят семь. А с моей прародительницей он раньше, как сейчас говорят, «мутил». Но если не в деды, то во взрослые отцы ей все же годился. Когда их роман закончился, князь ей дом выстроил, приданое справил хорошее, а лучше этого всего – отправил в Калугу учиться. Там она мужа и нашла. С ним вернулась в деревню, стала училкой, родила дочь. Увы, только ее. Через шесть выкидышей прошла. Кто-то поговаривал, что это из-за проклятия княжеского дома.

Он и сам сколько детей потерял, но уже рожденных. А это даже страшнее…

– Пименов рассказывал, я знаю.

– Лолоша! – донесся зычный голос Витали. – А маманя твоя где?

– На море уехала. Я ей автобусный тур подарила.

– Какой тур? – не понял Пименов. Они уже прошли в комнату и увидели его распластавшимся на кровати. – Автобусный? На море? Разве такие бывают? – Где ему было знать? Он даже по городу никогда не ездил на маршрутках.

– Наливка в подполе.