Я знаю, кто меня убил

Чмокалась только с женщинами и… собаками женского пола. Тетины питомицы зацеловывали Ари при каждой встрече.

– Как считаете, этот вечер воспоминаний сколько продлится? – обратился к ней Марк.

– Обычно тетя ложится в десять. Но сегодня ее бенефис. Так что… – Ари развела руками. Давно она в таком ударе Коку не видела.

– Отец сказал, что мы на часок. Но уже прошло полтора. Я умираю, хочу спать.

– А мне завтра к девяти на работу.

– Тогда давайте в половине десятого начнем всем намекать на то, что пора расходиться?

– Поддерживаю.

– Если что, я вас развезу.

Ари это устроило. И через четверть часа, когда Кока решила попудрить носик в ванной, она нагнала ее и сказала:

– Надо закругляться.

– Детское время еще, – запротестовала Кока.

– Половина десятого. Эрнесту, как и мне, завтра на работу. Гурам и Марк устали с дороги. Пощади ты нас.

– Если тебе скучно, езжай.

– Но я же твой сопровождающий.

– Тебе на работу, я понимаю, – и принялась наводить марафет. Не только пудрить нос, но и брови подрисовывать, губы перекрашивать.

– Мне нравится Марк, – шепнула Коке на ухо Ариадна. Не дай бог кто-то, кроме нее, услышит. – И если мы вместе соберемся, он нас отвезет.

– Так бы сразу и сказала. – Она убрала косметику в парчовую сумочку. – Ты не у меня остаешься?

– Нет, я домой.

– Тогда я приглашу в гости Анечку. Она выразила желание посмотреть фото и наряды со съемок.

– Она от тебя без ума! – это была не лесть, а констатация факта.

– Как и многие, – самодовольно хмыкнула Мария. Ей так не хватало внимания поклонников! Из-за его отсутствия она и зачахла. Сегодня же воспряла и ни разу не вспомнила о своем инсульте.

Глава 5

Он собрал всю грязную посуду и отнес в кухню. Странно, конечно, что в этом Паше никто не помогал, ни двоюродный дед, ни невеста. И ладно Аня… Она уехала в гости к госпоже Лавинской, которой очаровалась, но Эрнест мог бы подсобить. Ведь это он устроил званый ужин! И он остался дома, только в комнату к себе ушел.

Паша уже забыл, каким беспомощным был в быту двоюродный дед. Мог не мыть посуду, а лишь ополаскивать, белье постельное не стирать месяц-два, столько же не чинить сломавшийся бачок унитаза, а смывать из ковшика. Когда они жили вместе, парню приходилось брать на себя домашние хлопоты. Он не привык жить в грязи: и в родном доме, и в интернате царил порядок. У Эрнеста же даже рабочее место оставляло желать лучшего.