Призраки забытых могил

Они сидели у Алки дома. Дочка смотрела какой-то фильм у себя в комнате, пес был при ней, а каратист в животе отдыхал, давая своей суррогатной матери насладиться общением с подругой.

– Чем ты сейчас занимаешься? – спросила Алла. Они не обменивались новостями два года.

– Как всегда, мучу мутные схемы. Тебе лучше не вникать ради собственной безопасности.

– Опять под следствием? – На Ренату заводили несколько дел, но она всегда избегала наказания. Даже условного срока не получала.

– Тьфу-тьфу-тьфу, – и сплюнула через левое плечо.

– Или. – И со вздохом добавила: – Увы.

– Этого полюбила?

Алла кивнула и шмыгнула носом.

– Так не отдавай. Знаю, что имеешь такое право.

– Непорядочно это.

– Плевать.

– И не потяну я двоих.

– Помогу.

Аллочка не стала говорить о том, что отец ее каратиста все равно заберет наследника. Не по-хорошему, так по-плохому. Его никто не остановит! Нумерология сказала, что именно Алла подарит ему наследника, так что…

– А сама не планируешь детей? – спросила она.

– Рожать – нет. Как и прибегать к услугам суррогатной матери. Усыновлю.

– Оленька, хотя бы одного, но сама, это такое счастье…

– Я Рената, не забывай.

– Прости, я машинально. А фамилия у тебя теперь какая, напомни?

– Джабраилова.

– Немецкая вроде была, – всплеснула руками Алка.

– Сейчас в Москве лучше иметь чеченскую. И, кстати, у меня есть официальной муж. Аслан Джабраилов.

– У вас с ним?..

– Не дождешься, – расхохоталась Рената, понимая, что подруга хочет произнести слово «любовь». – Фиктивный брак – и только. Но мужик Аслан хороший, надежный. А какой красавец, ты бы видела! Бабы по нему с ума сходят, а он влюблен в престарелую певичку, звезду девяностых, которую ни за что не примет его семья.

– А тебя приняла?

– Да. Я научилась нравиться людям.

– Родителей мужа не смущает, что ты русская?

– Для них я татарка. Исповедую ислам. И Аслан взял меня девственницей.

– А ты все еще?..

– Да. Ни один кобель не сломает мне целку.

– Узнаю тебя, Матвей, – расплылась в улыбке Алла и потянулась к подруге, чтобы обнять.

– Твой парень меня пнул, – сказала Рената, когда живот Алки уперся ей в бок.