Нет дьявола во мне

Ребята сдавали вступительные экзамены, и проходной бал был довольно высок.

– Ты хорошо был знаком с Даниелем? – спросил Марко, поставив перед Стефаном тарелку и положив ложку.

Тот кивнул и стал жадно есть. Суп перегрелся, но Тетерев все равно хлебал его, как будто не обжигаясь. Чак смотрел на это с недоумением. Сам он ждал, когда чорба остынет.

– А хлеба нет? – спросил Стефан.

Марко поставил перед ним тарелку с отрубными булочками. Они были чуть подсохшими, но гостя это не смутило. Раскрошив пару булочек, он закинул их в суп, который и так был очень густым.

– Что ты можешь сказать о Даниеле?

– Да я уже…

– Не как о талантливом вокалисте, а как о человеке?

Стефан замер с ложкой у рта, задумался.

– Ну, не знаю… Парень как парень. – И снова принялся за суп.

– Как он ладил с другими мальчиками? Конфликтов не было ни с кем?

Тетерев мотнул головой.

– Стефан, оторвись, пожалуйста, от еды.

Марко взял его тарелку и отодвинул на край стола.

– Расскажи мне о Даниеле, – четко проговорил Марко. – Все, что знаешь.

Тетерев заговорил не сразу. Сначала он гипнотизировал тарелку с остатками хлебно-мясной кашицы, затем сверлил взглядом потолок, после нервно почесывался, но в конечном итоге выдал:

– Мне Даниель нравился. Но его многие недолюбливали.

– Мальчики?

– Да.

– Завидовали, наверное. Ведь он был… – Марко пощелкал пальцами, припоминая имя: – Джастином Бибером церковного пения.

– Да. Многие считали, что он незаслуженно получил свой дар.

– Объясни.

– Таланты, они ведь Богом даны, так? У Даниеля талант был такой… Такой… – Стефан не мог найти слов, поэтому применил жесты. Изобразил что-то вроде извержения вулкана. – Но он, по мнению большинства, не достоин подобного!

– Почему?

– Даниель не был хорошим человеком.

– А чем он не угодил?

– Ни чистоты, ни доброты. Ничего такого… Ни с кем не конфликтовал, но смотрел на некоторых так… как на тараканов.

– На кого конкретно?

– Например, на Душана.

– Звонаря?

– Да. Говорил, что от него смердит тленом. А аббата вообще презирал.

Это Марко было удивительно слышать. Во главе монастыря стоял очень достойный человек. Его все уважали, хотя и побаивались. Аббат Иван (с ударением на первой гласной) был очень ревностным верующим. Поблажек никому не давал, в том числе себе.