Нерассказанная сказка Шахерезады

На прямом носу веснушки. Симпатичная, но очень серьезная.

– Вы супруга Антона Васильевича Рыжова?

– Нет, я домоправительница. Меня зовут Марией.

– Хозяина дома нет?

– На работе. – Она провела капитана в гостиную. В ней вяло прибиралась Санти. Увидев незнакомку, отложила тряпку и с любопытством на нее воззрилась. Мария представила ее капитану: – Наша горничная, Санти.

– Давно вы здесь работаете? – обратилась к ней Утесова.

– Почти два года. А вы кто?

– Из полиции, – и снова сверкнула корочкой. – Значит, вы хорошо знакомы с Глебом Куликом?

– Не очень.

Мы почти не общались. Он считал меня не своего поля ягодой.

– А вас? – капитан обратилась к Марии.

– Ее тоже, – ответила за нее Санти. – Он донельзя высокомерный. Мнит себя гением кулинарии. Дипломы, что получил во Франции и Мальте, в кухне вешал, когда тут работал. Была у него еще полка для наградных статуэток. На равных Глеб только с хозяевами общался. А мы все для него были челядью.

– Это правда? – уточнила Утесова у Марии.

– Санти преувеличивает.

Хотя про дипломы – чистая правда.

– То есть вы с ним ладили?

– Нет. Я контролировала его или, как считал Глеб, вставляла ему палки в колеса.

– Каким образом?

– Сама делала закупки продуктов, составляла меню, учитывая вкусы хозяев, а не полет фантазий повара.

– Когда он был здесь в последний раз?

– Две недели назад, кажется.

– Без одного дня, – внесла уточнение Санти. – В позапрошлое воскресенье он готовил закуски для фуршета, который Антон устроил для приятелей из своего клуба.

 – Он играл в сквош. В Пакистане это был очень популярный вид спорта, и Рыжов увлекся им еще в детстве. – Глеб хозяину не угодил. Пропустил мимо ушей информацию о том, что среди гостей аллергик, и нельзя использовать арахис. Антон после приема его отчитал. Сказал, что шеф стал работать из рук вон плохо. Предположил, что тот снова запил.

– И уволил его?

– Эти слова не прозвучали, – ответила ей Мария. – Но намекнул, что сделал уже три китайских предупреждения, а это предел.

Больше мы Глеба не видели.

– Вас это не удивило?

– Решили, что он запил. Я оставляла ему сообщение, просила явиться, чтобы написать заявление по собственному (Антон не хотел увольнять по статье, он добрый) и получить расчёт.

– Еще забрать свои драгоценные дипломы, – снова встряла Санти. Многие люди с дефектами речи предпочитают больше помалкивать, но только не она. – Мы сняли их со стены, сложили в пакет.

– А статуэтки?

– Глеб их давно забрал.