Три звезды

Уже тогда в 4 года она твёрдо решила для себя, что больше никогда не будет вспоминать об этом, в её душе навсегда поселились глубокая обида на отца и искреннее непонимание, – «как он мог так с ней поступить? Как он мог её предать». Но эти глаза… Их она забыть не смогла. На них теперь появились морщины, а на лице отпечатались годы, но неизменным осталось одно – тёплый и глубокий взгляд, в котором Катя тонула, что тогда в далёком детстве, когда отец читал по вечерам ей книги и заботливо гладил её по голове, так и сейчас, когда случайно встретила его в доме престарелых.

– Господи! – Катя прикрыла лицо руками и едва не заплакала.

– Нет, ну я так больше не могу, – наконец, подала голос Люба.

– Что такое? – оживилась Катя.

– Я тебе подруга или кто?

Катя с удивлением и полным недоумением посмотрела на Любу.

– Люб, что за вопрос? Конечно, подруга.

– Тогда либо ты говоришь мне, в чём дело, либо я лопну от любопытства. Не жаль тебе меня? Сидит она тут, на лице написано, что в жизни что-то происходит, а сама молчит.

– Люб, я даже не знаю, как это сказать, – пожала плечами Катя. – Я, кажется, нашла отца…

– Вот это новости! Это как?

Пытливый взгляд подруги Катя ни с чем никогда не спутает, было понятно, что она уже готова ринуться в бой и всё разузнать.

– Люб, я уже всё разузнала. Я встретила его в одном из социальных учреждений, куда ездила на днях. Там есть мужчина – Серов Лев Борисович. Совсем как мой отец…

– Ну погоди, фамилия ещё ничего не значит.

– Да, ты права… Поэтому я вчера сделала запрос в архив о дополнительных све?дениях.

– И? Всё совпало, как ты и думала? Ты от этого упала в обморок?

– Да, я, как только увидела его дату рождения, у меня сразу в глазах всё поплыло. Да и потом… Эти глаза… – Катя вспомнила, как они встретились с ним взглядом и у неё по телу снова пошли мурашки.

– Ну я не знаю… Не знаю, что сказать.

– Тоже пока не знаю. Я даже не знаю, узнал ли он меня. Это так необычно.

– Ещё бы! Не каждый день отца находишь. Вот бы и мне моего охламона найти, бросил нас с матерью, когда я совсем ещё кнопкой была и в ус не дул, а мы мыкались всю жизнь по чужим углам, с копейки на копейку перебивались. Вот я бы ему сейчас сказала пару ласковых, – Люба нервно откусила яблоко. Она, когда нервничала, всегда жевала, что под руку попадалось.