Ныбуты. Книга 2. Елена

 – завернувшись снова в одеяло, размышляла женщина. – Надо вставать. Скоро у Алекса начнутся каникулы, и тогда не нужно будет рано вскакивать. Не нужно будет сидеть над математикой, а можно будет попробовать написать сказку. Может быть главной героиней станет эта девочка из моего сна? Кто знает? Этим-то и отличается творческое произведение от сценария детского праздника. В одном случае ты только начинаешь и не знаешь, как поведут себя твои герои, а в другом точно знаешь, чем должно все закончится. То есть одна вещь получается объемная как у зрелого художника, у которого видишь свет, тень, трехмерность, объем и чувствуется мысль, что стоит за этими образами, и ты пытаешься ее понять.

Женщина села на постели, вся сжалась в комок, а потом решительно откинула одеяло и, натянув на ноги теплые носки с красивым орнаментом, добежала до стула и закуталась в пуховый платок.

«Бррр. – подумала она. – До чего же я не люблю холод. А у нас зима тут по полгода.»

Положив приготовленные с вечера дрова в камин, она пошла включить нагреваться воду и делать завтрак для себя и сына.

Неловкими движениями закоченевших рук она достала кастрюлю, сахар и овсянку. Когда каша была совсем готова, то Елена вернулась в комнату.

– Алекс. – подошла она к спящему ребенку и погладила его по щеке.

Мальчик что-то пробормотал невнятное, завернулся плотнее в одеяло и отвернулся к стене.

– Не поняла. – покачала головой женщина.

Она наклонилась к нему и проговорила то же самое прямо в ухо.

– Мам! – отмахнулся ребенок. – Ну, щекотно же!

– Так что? – рассмеялась Елена и выпрямилась.

– С вареньем. – ответил Алекс, приоткрыв только один глаз.

– Ты хитрец. – ответила ему мать. – Каша и так сладкая. Да еще и пирожные к чаю.

Услышав это, мальчик приподнялся и дал согласие на корицу.

– Вставай. – попросила Елена.

– Конечно, мам. – послушно ответил тот.

Когда женщина с сыном допивали чай, то услышали знакомый стук по стеклу.

– Наш дружок прилетел. – улыбнулась мать. – Кстати, – добавила она, – ему, наверное, нужно сделать какую-то кормушку. Как ты думаешь? – обратилась она к ребенку.

– Из чего? – поинтересовался мальчик.

– Вот для этого я тебе и говорю.