Ныбуты. Книга 1. Луиза

»

Через день Луизу вновь позвали к тяжелобольной женщине. Войдя в комнату, девочка увидела смерть, стоящую у изголовья…

– Зачем ты здесь, дитя? – спросила смерть.

– Меня позвали, чтобы я вылечила больную, – наивно ответила малышка.

– Здесь пришло мое время хозяйничать, – усмехнулась та.

– Но я многих вылечила и постараюсь сделать и сейчас, – самоуверенно произнесла Луиза.

Смерть, молча, взглянула с укором, провела рукой по её лбу и мертвенно-бледная девочка упала на пол.

Перепуганная мать, схватив свою любимую деточку, выскочила прочь и бежала всю дорогу до дома.

Дома уложив дочку в кровать, перепуганная женщина села рядом, пристально вглядываясь в неживое лицо ребенка…

И от охватившей её тоски со страстью присущей матерям, теряющим своих детей, пожелала она жизни своей дочери.

Много времени прошло, пока Луиза не выздоровела. Она очень похудела и еще больше стала похожа на фарфоровую куклу. Только во взгляде появились оттенки тоски.

Та женщина умерла, и родственники обвиняли Луизу в этом.

Никто из соседей даже не пытался вступиться за девочку, забыв обо всем хорошем, что она сделала.

И когда, однажды утром проснувшись, мать увидела измазанные дегтем ворота, то сразу же запрягла лошадь в повозку, решив отвезти дочку к старинной приятельнице своей матери на дальний хутор.

Узнав о материнском решении, сестры, крепко обнявшись, сели в угол и, обливаясь слезами, клялись друг другу в вечной любви, чувствуя долгую разлуку.

Луиза с матерью добрались до дальнего хутора только к вечеру.

На земляном полу, покрытом шкурами животных, лежала груда одежды, которая, зашевелившись, оказалась старой, согбенной саамкой, пристально вглядывающейся в пришедших.

– Добрый вечер, тетушка Суви, – поздоровалась мать Луизы.

– Добрый, коли не шутишь, – прошамкала беззубая старуха.

– Это я, дочка Уллы, – пыталась объяснить женщина.

– Той самой Уллы, у которой были длинные рыжие косы до пола? – вдруг более приветливо отозвалась старуха.

– Да, той самой, – облегченно вздохнув, ответила женщина.

– Она что все носит косы? – с усмешкой спросила саамка.

– Она восемь лет как умерла, – спокойно произнесла женщина.

– Тогда ее надо помянуть, – сказала саамка и окончательно выбралась наружу.

Достав бутылку темно-зеленого стекла с остатками черничной наливки, старуха пригласила гостей к столу.