Нежданно-негаданно

Когда мы вышли с занятий, я поинтересовалась, что именно они танцуют? И к моему изумлению девочка с энтузиазмом начала рассказывать о танцевальном номере, который они готовят к новогодним праздникам. Концерт был назначен на двадцать четвёртое декабря. Она описала свой костюм и похвасталась, что в танце стоит в первом ряду.

Я впервые увидела в её глазах огонь. Хоть что-то её воодушевляло и делало счастливой. Мы продолжили обсуждать танцы и даже не заметили, как быстро и весело добрались до дома. Так у нас появилась первая общая тема для беседы.

Маргариты Рудольфовны дома не оказалось, поэтому ужинали мы с Кариной вдвоём. На этот раз она не выказывала недовольство приготовленным блюдом и ела с удовольствием. Однако сразу после ужина быстренько скрылась в своей комнате.

Мама Карины не заставила себя ждать и дома была уже к семи часам.

Доделав все запланированные на сегодняшний день дела, я уехала к себе домой. Суббота пролетела незаметно в обществе мамы и брата. Мы съездили в больницу на приём к Лёшиному доктору, в магазин, погуляли по парку и даже успели сходить в кино.

А в воскресенье я вновь вернулась на работу. Маргарита Рудольфовна и Карина целый день отсутствовали. На занятия её везти мне сказали, что не нужно. Поэтому целый день я полноценно занималась уборкой и приготовлением еды. Вечером я проверила домашние задания Карины, которая держалась от меня всё также отстранённо и не давала даже малейшего шанса установить контакт. На моё предложение постирать и погладить школьную форму последовал резкий отказ, обосновав тем, что, когда она посчитает нужным, сама принесёт в стирку.

В следующие два дня Карина получила несколько неудовлетворительных оценок за проверочные работы, а во вторник вечером Маргарите Рудольфовне позвонила её классный руководитель, сообщив, что у девочки просто безобразное поведение. Вместо того, чтобы спокойно поговорить с дочерью и разобраться, та властным тоном накричала на девочку, говоря, что стыдно за неё и что, если она не изменит своё поведение, то будет лишена телефона до конца года.

В среду я благополучно отдохнула дома, а четверг меня встретил всё тем же молчанием со стороны девочки, лишь к концу дня я вновь понемногу стала выходить с ней на разговоры, пусть и короткие. Но даже несмотря на все разногласия, она каждый вечер делала уроки и давала мне их на проверку, а что было не понятно, спрашивала.