Жизни и судьбы тех, кто ждал…

Может после замужества она притихнет?

На следующий день Григорий и Михаил подошли к дому Ивана Степановича. После долгого разговора отец Алены дал добро на свадьбу.

– Вот только пойдет ли она за меня? Сейчас уже не те времена. – Михаил сомневался. Ему нравилась эта буйная девчонка, а любовь к Григорию он не принимал всерьез.

– Коли не пойдет, выгоню из дома, из деревни. Позорит меня. Ну ладно раньше, детские глупости, так ведь за годы войны не образумилась, не повзрослела!

Затем было все – слезы, крики, ругань отца, но в конце концов Алена сдалась и дата свадьбы была назначена.

Это же время возле их родного села в лесу остановился цыганский табор,. Местный народ кочевников побаивался, каждый день пересчитывали своих кур, уток и проверяли грядки. Боялись, что ночью будут совершены набеги этими смуглыми и угрюмыми людьми. Но они были удивлены когда на третий день к одной из женщин подошла пожилая цыганка и попросила молока, в обмен на крупу.

– Мы ненадолго здесь, не бойтесь. Просто мой супруг заболел сильно.

– А я и не боюсь, – Бабка Евдокия сдвинула брови. – Чаво вас бояться, чай не фашисты. Вот только не вздумать мне чего украсть, сама вилы в руки возьму тогда.

– Если бы мы захотели украсть, давно бы это сделали. А мне всего лишь надо поменять крупу на молоко, нагреть его и мужа напоить.

– Ну коли так, давай меняться.

Евдокия смотрела уходящей вслед цыганке и удивлялась их образу жизни – ну как можно кочевать из деревни в деревню, по лесам прятаться? Врет она все, коли не крадут, на что живут? Только она хотела развернуться и пойти в дом, как увидела Алену, бегущую вслед за этой смуглой женщиной.

– Вот неугомонная, ей-то зачем эти людишки? – Баба Дуня всплеснула руками и зашла к себе во двор.

За три дня до свадьбы Евдокия опять увидела как Аленка пошла в лес, да еще несла при себе узелок. Она дождалась когда девушка вернется назад и остановила ее посреди дороги.

– Куда ходила , милая, уж не к цыганам ли этим?

– К ним, а что?

– Отец-то знает что ты туда шастаешь с узелками?

Баба Дуня, не говорите никому, пожалуйста. Понимаете, у меня свадьба на носу, с нелюбимым…Я спать не могу, испереживалась вся. У людей радость, я знаю, а у меня горе. Ну не могу выкинуть свою любовь из головы. А тут, – она показала мешочек , – трава успокоительная. Сбор.