Случайная беременность от миллионера

М-да, с беременностью я обрела пышные формы, но при этом мой живот еще не настолько выдается, чтоб понять, что я ношу ребенка.

– Да нет, – беру одну штучку. – Мне уже все можно.

– Это хорошо. Так, ладно. Анна, как вы помните, то надо подписать бумаги у главного. Я бы сбегала сама, – она косится на мой живот.

– Я схожу, – говорю я, беря документы в руки.

И помню, где кабинет Лесницкого. Только с каждым шагом руки подрагивают. Может, он не заметит? Я платье пышное надела.

Здороваюсь на ресепшене с его секретарем – красивой блондинкой с глубоким декольте.

Нынешняя сидит в кресле и пилит пилочкой ногти. Мне всегда казалось, что здесь их держат для красоты. Хотя не стоит забывать, что Лесницкий еще тот бабник.

– Я к Игорю Константиновичу, – говорю я.

– Его нет на месте. Что-то передать?

– Документы подписать, – улыбаюсь ей.

На меня кидают оценивающий взгляд. Она как хищница осматривает меня, будто решая – пропускать меня к своему боссу или нет.

– Подождите снаружи, – показывает наманикюренным пальчиком на выход.

Просто тут еще кондиционер есть, а в коридоре нет. Духота там стоит неимоверная.

– Я тут подожду, – и показываю на стулья.

Они же тут как раз для ожидания стоят.

– Идите отсюда. Когда Игорь Константинович придет – я вас позову, – внезапно говорит она, перегораживая мне путь.

Я уж совсем не ожидала подобного напора. Не хочет – не надо.

Дверь в приемную открывается.

– Снежана, – слышится хриплый голос Лесницкого позади.

Я замираю, хоть позвали не меня. По телу вновь пробегают мурашки, а меня бросает в дрожь. Руки непроизвольно опускаются на живот.

Воспоминания полугодовой давности вновь захлестывают меня. Мне слишком тяжело обернуться, но я же понимаю, что стоять статуей посреди рецепции тоже не вариант. Заставляю себя сделать поворот.

Наши взгляды встречаются. На какую-то долю секунды ловлю себя на мысли, что он пытается меня вспомнить.

– Анна, добрый день, – добродушно отзывается он, осматривая меня с головы до ног.

Не заметить мой живот практически невозможно. Игорь таки останавливает свой взгляд на нем, но с каким-то безразличием.

Внутри вскипает мимолетная буря.