Край Земли. Книга вторая

 – Перед этой немочью в помпонах? Узнал меня али нет, босяк? – спросил он, сверкнув желтым глазом.

Акишка попятился и заверещал:

– Бубякин! Где Бубякин? Звать стражников! Гнать в шею! Розгами, розгами его!

Услышав Акишку, боярин Бубякин всполошился и, с трудом перекатываясь через собственное брюхо, встал на четвереньки. Подняться ещё не успел, но уже испуганно затряс щеками:

– Поспешаю, поспешаю, Ким Терентьевич, оприходуем башибузука в один момент!

Парамон запрыгнув Бубякину на закорки, замахнулся на него:

– Не смей даже шебаршиться, прихвостень босяцкий.

Барин, прижавшись к земле, зашептал:

– Ежели бы вы от Акишки избавили, то благодать мне была бы. Измучил, извел меня лохмотник, всю кровушку испил, всю жизнь перелопатил.

Из-за кустов выставив рога, вылетела коза. Блеяние её было похоже на разъяренный вопль, в прищуренных глазах горел огонь, острые концы рогов блестели, хвост боевито торчал вверх. Стражники отскочили в разные стороны. Соловей-Разбойник присвистнул:

– От прыткой козы ни забор, ни запор.

– Не дерзи, – цыкнула на Разбойника через плечо коза и, подцепив на рога Акишку, принялась его трепать.

С худых акишкиных ног слетели валенки, помпоны отвалились, рубаха задралась выше головы. Стражники по первости обомлели, а затем загоготали во все горло, указывая пальцем на растрепанного и испуганного Акишку. Фрол крепился, прыская в кулак, но не выдержал и захохотал. Смеялись и Марьюшка с Макаром, и Бранибор, и Стёпка.

– Эй, Стёпка, скажи, мне мерещиться, али Гипотенуза нарисовалась пред нашими очами?

– Эй, Гипотенуза, – крикнул Стёпка, – почто не здороваешься? Своих не признала?

Коза сбросила Акишку с рогов, посмотрела на пса и гонца, и вдруг её морда расплылась в улыбке:

– Родненькие мои, уж и не чаяла вас живыми увидеть. Радость-то какая! – и забыв об Акишке, подбежала к Ерёме и ласково потерлась о ноги.

Босяк бочком-бочком отполз в сторону, жалобно хныкая и потирая ушибленные места.

Бранибор подмигнул Фролу:

– Вяжи голоштанника, да на конюшню его. Пущай самолично розги попробует. Да уж и барина своего на ноги поднимите, а то непотребно выходит, когда боярин, аки червь земляной ползает.

Фрол кивнул стражникам, те подхватили и потащили сопротивляющегося Акишку на конюшню. Барина с почтением подняли, отряхнули и повели в палаты.

– Ты-то как тут оказалась? – спросил Ерёма Гипотенузу.