Недотрога и Банкир

Кажется, что меня медленно поджаривают на костре. Еще бы. У нас все девочки считают, что попасть ему под горячую руку – себе дороже.

Но сейчас я готова на все, только чтобы он не трогал Ольгу.

– Ты… – начинает босс зловещим тоном.

– Кость, перестань, – осаждает Белецкий. – С кем не бывает. Думаю, что она больше такого не повторит. Ведь так, Карина?

Я киваю, не веря, что он меня защищает.

Климшин переводит взгляд на Белецкого.

– Это нельзя оставлять безнаказанным!

– Ну, вычти штраф из зарплаты.

Последнее слово звучит очень двусмысленно.

Белецкий делает шаг ко мне.

Близко. Безумно близко.

Жар разливается по телу. Даже щеки начинают пылать.

Будто сквозь туман чувствую, как мужская рука опускается на мою талию.

А Климшин спокойно смотрит, как меня зажимают у него на глазах! Ну правильно, клиент всегда прав. Интересно, если Белецкий сейчас разложит меня прямо здесь, на капоте, мой босс сделает вид, что ничего не заметил?

Эта мысль придает мне сил и злости.

Пытаюсь снять со своей талии чужую руку. Но та лишь крепче сжимается.

– Ладно, сами решайте этот вопрос, – Климшин отходит.

Он что, бросает меня?

– Константин Дмитриевич! Я готова заплатить штраф! – рвусь за ним.

Но Белецкий с силой вдавливает меня в свое тело.

Ой, что-то мне все это не нравится.

– Не переживай, Кость, мы разберемся, – я вижу, как Белецкий подмигивает моему боссу.

Хочется провалиться под землю.

– Ладно, тогда увидимся, – он протягивает руку Белецкому.

Тот отвечает рукопожатием.

Ловлю на себе взгляд босса. В нем читается предупреждение: сделай все, чтобы клиент был доволен! Иначе одним штрафом не отделаешься.

Наконец, мы с Белецким остаемся одни. Мне становится не по себе. Позади внедорожника стоит еще одна иномарка, видимо, там охрана. Но вряд ли телохранители вмешаются, если их босс захочет мне что-то сделать.

– Благодарю, что защитили меня, – я разворачиваюсь к Белецкому.

Его рука скользит по моей талии. Изучает. Аромат парфюма окутывает меня.

– Не за что, – говорит он.

И смотрит так, что у меня ноги начинают подрагивать.

– Садись, – он подходит к автомобилю и открывает дверцу.

Его водитель возвращается на водительское сидение.

– Туда? – недоуменно хлопаю ресницами.

– Да, – кивает Белецкий.

– Зачем?

– Вернешь долг за ужин.