Мой криминальный босс

 – Мне все равно на первый этаж к сисадмину.

Я переступаю порог и натыкаюсь на пристальный взгляд Островского.

Паша стоит в нескольких шагах от кабинета, уперевшись локтем в стену. Видимо, ждал, пока я выйду.

А я не одна.

Он переводит взгляд на Алексея. Резко отворачивается и уходит.

Слышу, как мой провожатый тихо выдыхает.

– Что такое? – удивленно смотрю на него.

Он ведь не подумал, что босс меня приревновал?

– У нас не одобряются служебные романы, – поясняет Алексей.

– Да? – у меня от изумления глаза на лоб лезут.

 – А как же Света?

– Ну… что позволено Юпитеру…

– … не позволено быку, – дополняю я и хмыкаю. – Понятненько.

– Она его невеста. У них свадьба скоро.

Я запинаюсь на ровном месте и чуть не падаю. Алексей успевает подхватить под локоть. Быстро выпрямляюсь, но на нас уже смотрят любопытные взгляды.

Мы подходим к лифту. Алексей нажимает кнопку, и двери почти сразу открываются. Но вместо того, чтобы войти, я говорю:

– Знаешь, ты поезжай, а я пешочком пройдусь.

– Что-то случилось?

– Нет, все в порядке.

– Ну хорошо… – он с сомнением смотрит на меня. – Тогда до завтра?

– До завтра, – натянуто улыбаюсь.

И чувствую затылком чей-то пристальный взгляд.

Снова Островский? Да нет, не похоже…

Слегка поворачиваю голову. В конце коридора находится большая балконная дверь. За ней маячит женский силуэт с тонкой сигаретой в пальцах.

Светлана.

С каких это пор Островскому нравятся курящие девушки? А впрочем… какая мне разница?

Глава 7

Сегодня Лизы дома нет.

Я могу спокойно расслабиться и посидеть одна. Вот только несмотря на утренний разговор с подругой, меня все равно накатывает дикая тоска. Еще и по Лельке скучаю сильно. Так плохо мне не было с того дня, когда я поняла, что Островский не приедет в ЗАГС, и я стою одна под насмешливыми, злорадными и сочувствующими взглядами гостей.

И тут вновь боль множится в каждой клеточке тела. Невыносимо больно. Хочется кричать и лезть на стены. Еще и деньги свои сует мне, будто за деньги можно купить прощение.

Кидаюсь к ящику, где спрятала остатки. Нахожу купюры. Пересчитываю их. Мало, но ничего, возьму микрозайм – и все отдам. Лучше потом с зарплаты проценты платить, чем чувствовать себя должной этому гаду.

Злость так и захватывает меня. Кладу доллары в кошелек, мысленно представляя, как швырну их в лицо Островскому. В красках представляю. И пусть делает с ними что хочет.

Не выдерживаю и набираю родителей.