По краю мечты

А вчера вечером это был его прощальный поцелуй… Эбби, ты никогда не жаловалась на свою сообразительность, а сейчас сидишь и бестолковишься целый день… Какая же я дура! Как же стыдно…» Она задохнулась от нахлынувших эмоций и душивших её слёз, резко развернулась и тут же врезалась во что-то твердое, мокрое и холодное. Вскрикнув, она испуганно подняла глаза и увидела Двейна.

Это и правда был он, вымокший до нитки, замёрзший и ужасно уставший, но он. Эбби остолбенела, а потом рыдая кинулась ему на шею и зашептала:

– Ты пришёл! А я… я думала, что ты… что не хочешь, чтобы я… чтобы мы… Где ты был?

Вей прижал её к себе и уткнувшись в макушку, с надрывом прошептал:

– Прости.

Прости, меня. Я дурак, я такой самонадеянный дурак. Ну не плачь, пожалуйста. Прости.

Девушка прижалась к нему и молча всхлипывала. Подхватив её одной рукой за талию, Двейн с лёгкостью приподнял девушку, и вместе с ней вошёл в дом, отложив в сторону объёмный сверток, который держал во второй руке. Эбби по-прежнему висела у него на шее и плакала.

Вей гладил её по спине, успокаивая:

– Ну не плачь, я прошу тебя. У меня сейчас сердце остановится от твоих слёз. Ну прости, прости, что испортил тебе День рождения.

– Я думала, ты ушёл, – всхлипывая, Эбби шептала ему в шею, – совсем…

– Ну куда я уйду, глупая? Я просто сюрприз хотел тебе сделать на День рождения.

– Сюрприз? – девушка растерянно подняла на него глаза.

– Угу. И похоже, сюрприз удался, – грустно улыбнулся Двейн, осторожно стирая с её лица слёзы.

– Ой, ты же весь промок.

– А ты от меня, – Вей ещё раз прижался к её макушке, и поняв, что все ещё держит её на весу, осторожно поставил на пол.

Эбби отстранилась и стояла, опустив глаза на мокрое платье, плечи её всё ещё вздрагивали от недавних рыданий.

– Я быстро. Только не плачь снова.

Вей развернулся и тут же скрылся в душевой. Эбби замялась, а потом вздохнув, пошла к шкафу, решая, что делать с промокшим платьем. Спустя минут десять появился Двейн в домашних бриджах и лёгкой рубашке, влажные волосы были собраны в аккуратный хвост.

Он редко ходил перед ней в домашней одежде, предпочитая в ней только спать. Сейчас, поспешив одеться, он натянул одежду на ещё влажное тело, поэтому бриджи и рубашка прилипли к нему, выгодно подчёркивая его фигуру и широкие плечи. Влажные волосы скрутились в более заметные кудри. Эбби восторженно залюбовалась им, и чтобы скрыть своё смущение и неловкость, быстро нырнула за штору.