Молот

Звонкая пощечина обжигает его лицо.

Глава 9

«Что, мать вашу, это сейчас было?» – Аня в десятый раз задавала себе этот вопрос, и в тот же десятый раз сознание отвечало, что это был оргазм. Самый натуральный, крышесносный, сука, мать его, оргазм. А, и да, это был секс, спонтанный, неожиданный, ломающий барьеры и лишающий воли секс. А нужно, на минуточку, заметить, ей не восемнадцать лет, а гораздо больше. Хотя при чем тут ее возраст и оргазм, а точнее, секс, Аня не могла связать.

Не то, чтобы у Ани не было никогда секса, конечно, он был, и не раз, и не с одним мужчиной, она всё-таки свободная женщина, молодая, полная сил и энергии.

И Артем был еще не совсем, мягко говоря, в форме, если учесть его вчерашнее состояние, хорошую такую шишку на затылке и головокружение. Если он с сотрясом так может, хочется сказать словом ее напарницы Людки «присунуть», то какой он в полной своей форме? Самое главное – не думать об этом и не представлять.

Аня сидела в нетопленой бане, умывалась из таза успевшей остыть со вчерашнего вечера водой. Но это было как раз то, что надо. После этого секса она находилась в каком-то потрясении, она четко помнит, как влепила Артему звонкую пощечину, отчего ладонь до сих пор горела. Она хотела его оттолкнуть, хоть чем-то прикрыться и выйти из комнаты, чтобы только не видеть его черные глаза, но он вышел первый.

И вот она, почти тридцатилетняя женщина, которая отметит свой юбилей в следующем году, сидит в бане и понимает, что мало ее трахали в жизни, а чтоб так – никогда. Все эти байки и рассказы своих знакомых и подружек о том, как они встретили шикарных мужиков, и у них случился с ними фантастический секс, она относила как раз именно к разряду баек и рассказов.

И рассказывались они именно для того, чтобы подруги завидовали. Аня не завидовала, потому что о таких мужиках и таком сексе пишут только в фантастических любовных романах.

И вот сейчас этот самый сказочный мужчина где-то в доме и наверняка что-то сломал. Потому что, когда она влепила ему ту пощечину, на его лице долю секунды было искреннее недоумение, потому что мужик реально не понял, за что ему прилетело.