Молот

Резко села, прислушиваясь. Истошно кричала женщина, звала ее по имени. Как была, в трусиках и майке, выбежала в коридор, потом на веранду. Картина, открывшаяся ее глазам, была презабавнейшая.

Милая бабулька, соседка по даче, Мария Степановна, сидела на крыльце открытой веранды, держась за сердце, и с испугом смотрела на стоявшего у умывальника Артема. Внушительная фигура мужчины в одних плавках, с рельефными мышцами и всеми полагающимися кубиками на плоском животе, выглядела, мягко говоря, странно на фоне скромного дачного интерьера.

Женщина тяжело дышала, глотая ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег. Держалась за сердце, а Артем, заметив появление девушки, перевел свой взгляд на нее и начал рассматривать, как букашку под стеклом. Голые длинные ноги, розовые трусики, белая майка и заострившиеся от холода соски, ничего не осталось незамеченным.

«А блондиночка – красотка. Аня, Анечка, Анюта. Она пахла дождем и была такая вкусная, когда я ее целовал».

Мысли в голове Артема понеслись одна за одной, он представил, что у нее под этими милыми розовыми трусиками и какая на ощупь ее грудь.

– Мария Степановна, вам плохо? Что случилось?

Аня подошла к женщине, присела на корточки и взяла ее за руку.

– Анечка, я так испугалась, ты не представляешь, думала, богу душу отдам. Я ведь зашла, хотела молочка тебе дать, внучок в деревню утром рано на велосипеде ездил, молочка купил. Захожу, думаю, поставлю на веранде, чтоб не будить тебя, а тут вот это.

Она показывает рукой в сторону Артема, который так и продолжает невозмутимо разглядывать Аню, что она чувствует, как кожа под его взглядом покрывается мурашками. Девушка оборачивается, грозно смотрит, ну, неудивительно, что бабулька схватилась за сердце: здоровый незнакомый мужик, почти голый, с татухой на половину ноги.

– Мария Степановна, ну чего вы так испугались, это брат мой, двоюродный. Вчера приехал, поздно уже было.

– А, да, да, вчера была незнакомая машина, стояла тут, у лесочка.

– Ну вот, а это ко мне. Братишка приехал, Артем зовут.

Артем свел брови, с недовольством глядя на женщин и слушая их разговор. Мария Степановна смотрела с опаской и недоверием, Аня проклинала все на свете, а именно– себя за то, что не закрыла дверь. А еще своего подопечного, что он выперся в ненужное время, видимо, справить нужду.