Крепкий орешек

Чем так не угодили Барбаре трусы, Ада не поняла, но обещала подумать над советами.

Заснула после полуночи, долго не могла найти нужное место на кровати, вроде и матрас был неплохой, и никто не мешал. Но как только Галич подумала о том, что отель действительно оказался тихим, оправдывая свое название, как за стеной послышался женский смех, а затем стоны.

Полежав полчаса, рассматривая люстру под потолком и слушая ахи и охи, Галич уже хотела было пойти стукнуть в стену, как стоны прекратились. Все закончилось быстро, женщина поморщилась, покачала головой, делая выводы, что мужик за стеной слабак.

Снилась странная ерунда. К яркому эротическому подтексту был примешан странный антураж: дом, лужайка, русская баня, индюки, алкоголь, какая-то бабулька и голый бородатый мужик. Открыв глаза, несколько минут просто лежала, раскинув руки, шея затекла от неудобной подушки, голова трещала от недосыпа, а телефон показывал время восемь утра.

Списав кошмар на усталость от перелета, Аделина встала, проделала все утренние процедуры, надела любимое черное платье.

За стойкой ресепшена одна тощая блондинка сменила другую и так же глупо улыбалась.

– Доброе утро.

– Не уверена, – Галич пристально посмотрела девушке в глаза, та отшатнулась, наслышанная от своей напарницы о гостье в тринадцатом номере. – Нужно убраться, поменять белье и полотенца, стереть пыль с подоконника и попросить соседей не стонать так громко.

Девушка моргнула два раза, открыла рот. Со стороны могло казаться, что кролик смотрит на удава, который гипнотизирует свой завтрак.

– Mon Dieu, elle est stupide. (Господи, какая же она тупая)

– Что?

Галич постучала по сверкающей поверхности стойки ногтем и вздохнула. Как вообще можно нанимать столь некомпетентный персонал? Дмитрий никогда себе такого не позволял, чему учил и ее. У первого мужа было чему поучиться, и Ада впитывала как губка все тонкости ресторанного бизнеса, а также издательского.

Дмитрий Галич был весьма известной персоной во Франции, да и во всем мире – его имя знали все, кто имеет хоть какое-то отношение к высокой кухне. Имея белорусско-хорватские корни, его семья почти два века жила во Франции, имея даже свой фамильный склеп.

Заслуг для такой чести было много, какой-то там пра-пра-прадед удивил какого-то из тогдашних правителей искусно приготовленной перепелкой.