Конфетка для ковбоев

Хотелось вонзиться в это податливое, такое отзывчивое тело, утопить член во влажном узком лоне.

У него слишком давно не было секса, а эта девочка так чертовски соблазнительна. Шон одернул руку, член уже торчал внушительным стояком, сделал воду холоднее, чтобы остыть и хоть немного снять возбуждение.

Обернувшись полотенцем, прошел в сторону спальни, где была Кэндис, тихо открыл дверь и застыл, пораженный увиденным. В свете тусклого света лампы на кровати Кэндис была не одна.

– Ты такая чертовски соблазнительная, Конфетка, этот невинный взгляд голубых глаз и такой порочный ротик, так и хочется провести по губам головкой члена, а потом, чтоб ты обхватила его ими и начала облизывать и посасывать.

Шон наблюдает за всем, что происходит на кровати, видит, как пухлые губки Кэндис посасывают палец его младшего брата. Как она стонет и прикрывает глаза.

– Да, вот так, девочка, именно так. Такая сексуальная с таким невинным взглядом. Словно и не кончал только что, член снова стоит.

Шон чувствует, как начинает возбуждаться, как член снова наливается кровью. А девушка все продолжала нежно облизывать палец Лукаса. Он шире приоткрыл дверь, чтобы видеть лучше.

Все, что он видел, безумно заводило, возбуждало, будоражило кровь и разжигало фантазию. Ему хотелось подойти и провести по ее губам своим пальцем, а лучше членом, как об этом тихо говорил Лукас.

Девушка громко охнула, их глаза встретились, она расширила свои глаза от удивления, но в них стоял страх.

Дернулась всем телом под Лукасом, но он не дал ей уйти. Обернулся, увидел стоящего в дверях полуголого старшего брата, его бедра прикрывало лишь полотенце, под ним был отчетливо виден внушительный бугор. Лукас усмехнулся, а Шон продолжал смотреть на открытую грудь Кэндис, которую она пыталась прикрыть руками.

Он словно потерял дар речи, первая волна гнева сошла, уступая место дикому желанию. Он хотел окликнуть, вышвырнуть Лукаса из комнаты, но это желание резко прошло, когда он увидел, как Кэндис реагирует на его слова.

Он подошел ближе, все еще рассматривая девушку, заглядывая в ее испуганные глаза, тонкие плечи дрожали.

– Шон, ты представляешь, прихожу я спать в гостевой дом, а тут такое чудо. Малышка Кэндис, совсем голенькая, под моим одеялом. Она такая чистая, такая невинная и сексуальная, посмотри на нее.

– Хорош трепаться, Лукас.

– Ты напугал ее. Ну чего ты, маленькая, перестань плакать.