Хозяин

Главное, чтоб сегодня заплатили, я и пошла работать в то придорожное кафе у заправки из-за того, что там обещали платить больше, чем в городе, в котором и так работы нет никакой.

– Ну наконец-то, где тебя носит? Еще раз опоздаешь, все расскажу Захиру, пусть накажет тебя, иди мой сковородки.

– Извините, всего пять минут.

– Сегодня пять, завтра двадцать пять, за вами, бесстыжими девками, нужен глаз да глаз, наверняка с парнями лизалась всю ночь.

– Нет.

– Мне неинтересны твои возражения, иди работай и пыль протри в зале.

Фатима бросила в меня фартук, что-то проворчала на своем языке, вытерла мокрые руки о свой халат, отвернулась, словно брезгуя смотреть в мою сторону.

Тучная пожилая женщина с ярким платком на голове и недобрым взглядом с первого дня, как я здесь появилась, невзлюбила меня. А ведь именно я делаю всю грязную работу: ношу тяжелые мешки с углем для мангала и мою грязные полы туалета, кафе и мотеля.

Сняла ветровку, повязала фартук, собрала волосы повязкой, перчатки, конечно, мне никто выдавать не собирался, кожа на руках от воды и химии стала грубой и красной.

С кухни запахло жареным луком и жиром, живот скрутило от голода, после того как протерла пыль и приняла первый заказ двух дальнобойщиков, тайком взяла морковку, быстро съела, хоть как-то утолив голод.

– Фатима, где Лиана?

– Я почем знаю, где эта девка? Наверное, прохлаждается где-то, пока старая Фатима работает.

Вздрогнула от знакомого голоса, вышла в зал, начала протирать клеенку на столах. Хоть бы уехал по важным делам или просто ушел. Каждый раз от голоса начальника внутри все скручивается в тугой узел страха и отвращения.

– Вот ты где, моя девочка.

– Здравствуйте, Захир Фаритович.

– Ты, говорят, опоздала?

– Всего на пять минут, автобус ехал долго, я не виновата.

Полный невысокий мужчина смотрит маленькими круглыми глазками, лицо заплыло жиром, кожа блестит, небритый, причмокивает, глядя на меня, полными влажными губами, берет меняза локоть.

Он тянет меня в коридор, прижимает к стене, запах терпкого парфюма ударяет по рецепторам, отворачиваюсь, но стою на месте, моля о том, чтоб он отошел, отпустил и отстал от меня навсегда.

– Ты ведь знаешь, что я люблю дисциплину, и эти пять минут я вычту из твоей зарплаты.