Его запретная малышка

Интересно, сколько сейчас времени? А если я выйду и наткнусь на соседку, совсем некрасивая ситуация будет.

Обув шлепки, вдоль стеночки иду вперед, надо уходить как можно скорее, и неважно уже, кто и что подумает. Огромный лохматый пес загораживает проход, склонив голову, смотрит с любопытством, высунув розовый язык.

А вот если он сейчас начнет лаять, то сбежится вся деревня, и все решат, что родственница бабы Ани шлюха?

Обычно меня все называют занудой, шлюха – это что-то диаметрально противоположное, ко мне вообще мне не имеющее никакого отношения даже вскользь, ну, сучка еще, да, соглашусь.

– Привет, песик, как там тебя? Грей? Хороший Грей, красивый, самый умный.

Пес, высунув язык еще больше, виляет хвостом, гремит цепью, начинает поджимать уши и лизать руку. Никогда не думала, что меня так любят животные. Или это он просто жалеет меня убогую?

– Хороший, хороший, давай ты меня выпустишь, а я потом дам тебе большую сахарную косточку. Честно-честно.

Он точно все понимает? Или я окончательно сдурела после самогона и ночи с бородатым соседом? Но всему должно быть рациональное объяснение, оно точно есть, я знаю, надо только собрать мысли в кучу, принять контрастный душ и хорошо все обдумать.

Обхожу пса бочком, стараясь не делать резких движений, направляюсь к своему забору, потому что идти к калитке – это, значит, через весь двор, а я не знаю, кого могу встретить.

Впереди забор.

Ну, не такой он и большой, как кажется. Забираюсь на него по наваленным в кучу чуркам, перекидываю ногу, сланец с другой предательски падает на чужую территорию.

Хорошо, что мое падение пришлось на небольшой куст смородины, но все равно было больно, а еще обидно до слез. Как диверсант, в одном сланце хромаю к крыльцу, зажимая исцарапанные ветками руки.

Больше никакой деревни. Никогда.

Только цивилизованные Мальдивы, Сейшелы, Европа, в крайнем случае Сочи, а то я так не доживу до рождения племянника и своего двадцатидвухлетия.

Странно, но в доме тихо, пахнет блинчиками, но бабы Ани, которая всегда встает рано, нет. Не успеваю зайти в нашу с Зойкой комнату, как она сама выходит из нее с полотенцем и чистыми вещами в руках:

– О, Маш, а ты где была? Я вернулась недавно, а тебя нет.

– Так я это… смородинку хотела собрать.

– Рано еще для нее. – Зоя смотрит подозрительно, оглядывая все мои царапины и один сланец на ноге.