Двойной грех. Игрушка для сводных

Диана была уверена, что ее опоили, околдовали, лишили силы воли, а сейчас нагло пользовались ее слабостью и беспомощностью.

Их двое!

Их реально сейчас двое, и они ей знакомы!

Диана не была готова даже к одному мужчине, к ее почти двадцати трем годам был лишь один, это Саша Малиновский. Она не думала о других, не желала их, не принимала знаки внимания, которые периодически оказывали ей мужчины.

Не такая она была от слова «совсем». Не то чтоб Диана была ханжа и шарахалась от любого представителя мужского пола.

Прохоровы.

Точно, это те самые экстремальщики и тусовщики братья Прохоровы, Кирилл и Ярослав. Вот откуда Кир и Яр. Именно так они друг друга называют.

– Привет, принцесска.

Тот, что только что вылизывал ее между ног, теперь склонялся над лицом. Озорная улыбка, он облизывает губы, а потом, не дождавшись ответа, целует ее. По рецепторам бьет вкус собственного недавнего удовольствия, Диана хочет отстраниться, но ей не дают.

– Подожди… нет… остановись.

– Ты просишь о невозможном, малышка.

Диана хотела было оттолкнуть его, но вот ее приподняли, перевернули, поставив на колени, лифчик был расстегнут, полетел в сторону. Она лишилась последней одежды, вздрогнула, обернулась, сзади находился второй мужчина. Тяжелый горячий взгляд, отросшая щетина, он гладил ее по ягодицам, задевая промежность, по телу вновь пошла волна возбуждения.

Ярослав не сводил с девушки глаз, стройное, гибкое тело, упругая попка, шлепок, она вскрикивает, хочет встать, но брат не дает. Он и не думал, что так поддастся соблазну, из них двоих это Кир не вынимает член из кого-то, а вот Ярослав не такой.

Она горячая, очень горячая. Яйца тянет болью, член подрагивает, головка разбухла, Ярослав проводит пальцами по половым губам, они блестят от влаги. Начинает массировать клитор, наблюдая, как Кирилл поворачивает ее лицо к себе, как она, открыв ротик, принимает его член.

Это срывает окончательно, Ярослав тянется к тумбочке, берет презерватив, не глядя, надрывает упаковку, раскатывает латекс по члену. Входит сразу на всю длину, сжав челюсти, ощущая, какая она внутри узкая, словно девочка, обхватывает его, сжимает мышцами.

– Да, открой ротик… черт… девочка, какая ты горячая… да, шире… сука, как же сладко. Возьми его как можно глубже….да.