Две занозы для босса

– Вот же… тебе тоже пришло видео?

– Да, и поверь, смотреть даже его часть не доставило удовольствия. Ты понимаешь, что это скандал? Пусть это не сорвет нам сделку, но нервов испортит прилично. На это сбегутся все кому не лень, в первую очередь Веденеев и его свита, они так упорно окучивают всех, кто связан с контрактом от «ТрансНефти», что тут все методы хороши.

Отец смотрел зло, бледный, лицо осунулось, но в глазах гнев и решимость пойти на все. Он построил свою компанию сам, удержался на рынке в непростые годы, иногда решал проблемы радикально – и все всегда сам.

А сейчас попить крови может какой-то шантажист, с которым связалась Алиса, с которой мы не общаемся уже год. Я думал, что мы договорились о том, что она не будет появляться на глаза дочери, чтоб не травмировать ее и жить своей жизнью.

– Чего хотел звонивший?

– Денег, чего они еще хотят?

– Много?

– Три миллиона рублей.

– Надо подключить службу охраны, пусть Малахов проверит, я сейчас же свяжусь с Алисой.

– Да, свяжись, а то если я подключу своих людей, ей больше нечем будет сверкать на сцене. Головы на ее плечах не будет точно, ей она ни к чему, там все равно нет мозгов.

Алиса, естественно, была вне зоны действия сети, разговор с отцом закончился, к нему приехали партнеры. Я спустился на свой этаж, не обращая внимания на секретаря, прошел в свой кабинет, вызвал начальника службы безопасности компании. Конечно, доверять личные дела не стоит постороннему человеку, но выбора не было.

Не вдаваясь в подробности, попросил пробить, чей номер, и дать задание программистам найти адрес отправителя, что прислал ссылку с видео на почту. А в завершение всего этого «прекрасного» дня позвонила няня и сказала, что ей срочно нужно уехать, и за Соней пришлось посылать шофера.

Рабочий день закончился, сотрудники уши по домам, лишь мы с дочкой все еще в офисе, я разгребаю отчеты и документы, она просто скучает и действует на нервы, стуча ногой об стул.

– Софи, прекрати, у меня уже нервный тик от твоего стука. Почему ты не осталась играть в парке на площадке?

– Я хочу домой. Я хочу кушать. Я хочу к Стивену. Он скучает, я чувствую.

– Скоро поедем, с собакой все хорошо, он наверняка сожрал половину прихожей и нашей обуви, ему весело.

– Я хочу домой. Я хочу кушать. Я хочу к маме.

А вот мама – это у нас больной вопрос.

Софи воспитывалась до пяти лет кем угодно, только не своей матерью.