Свет призрачной звезды. Часть 1

Оказавшись перед Эйнаром, Оул замахнулся, прицеливаясь в сердце врага, но тот с невозмутимым видом, как будто подобные происшествия были неотъемлемой частью его повседневной жизни, поймал руку молодого велянина, вывернул ее и вонзил кинжал ему в грудь. Оул захрипел, закатил глаза и упал к ногам завоевателя, истекая кровью.

Русая девушка метнулась к нему, но Латлин удержал ее.

– Тихо, тихо, – шептал Латлин, зажимая левой рукой рот девушки, а правой удерживая ее бьющееся тело. – Надо уходить.

Воцарилась пронзительная тишина.

Эйнар пристально посмотрел на Латлина и на девушку, дрожащую в руках Полководца. Теперь он чувствовал исходящий от воина страх, но не за себя, чему следовало быть, а за чужую подружку, к которой тот даже не испытывал влечения. Собственная жизнь по-прежнему не представляла ценности для странного велянина. Тем не менее, из фанатичной толпы он оказался единственным правильно оценившим ситуацию. Он хочет уйти, так пусть уходит. Может, объяснит сородичам, что сопротивление бесполезно.

Эйнар перестал смотреть на них и повернул голову в сторону ворот, давая понять Латлину и девушке, что отпускает их.

– Забери, – сухо приказал он выглядывающему из-за ворот Бим Бому и пнул ногой бездыханное тело Оула.

Бим Бом, спотыкаясь на лестнице, что несвойственно роботу с усовершенствованной системой перемещения в пространстве, засеменил к хозяину. Эйнар устремил взгляд в небо и тихо произнес на русском языке:

– Мария, боевая готовность.

Вдали над крепостной стеной приподнялся марсианский корабль. Желтые лучи Идпинотена засияли на неуязвимой броне.

– Уходим! Быстро! – Латлин крикнул так громко, как только мог.

Русая девушка, которую он держал за руку, немного успокоилась, перестала вырываться и старалась не всхлипывать, только слезы по щекам текли и текли, но отпустить ее Полководец не рискнул.

– Уходим! – крикнул он снова, и на сей раз повстанцы его послушались.

Глава 15.

Лариса

Лариса не увидела за прошедшую велянскую ночь ни единого сна, но, проснувшись от того, что кто-то стаскивал ее с кровати за ноги, она была уверена, что посмотрела миллион кошмаров. Глаза отказывались раскрываться. Веки опухли.

Считая, что находится в своей комнате, Лариса вцепилась обеими руками в край кровати. Удивительно жестким и узким показался ей этот край, как будто под ней была не кровать, а полка в купейном вагоне.