Узник вечной свободы

Спокойно ли почивалось тебе? – в пещерный закуток вошла Людмила, одетая в зеленую амазонку и серые шаровары.

Я инстинктивно пригнулся, отступая. Движения отличались непривычной резкостью.

– Что ты волком на меня смотришь? – вампирша насмешливо прищурилась. – Неужто разлюбил? Иль с голодухи поплохело? Не терпится добыть живой крови? То дело поправимое.

– Я убью тебя! – с диким воплем я бросился на Людмилу, но она оказалась намного сильнее меня.

Перехватив мои руки, вампирша прижала меня к холодной сырой стене и процедила сквозь зубы:

– Не убьешь.

А ежели и сумеешь, мои удальцы тебя выследят и растерзают. Они доселе точат на тебя зубы. Не будь дурнем, Тихон. Опомнись, коли тебе дорога жизнь. Слушайся меня во всем.

– Не стану я тебя слушаться, – устав сопротивляться, я отвернулся к стене. – Ты отняла жизнь у моих родных и сотворила из меня проклятую кровоядную тварь. Я тебя ненавижу!

– Мне знакома твоя кручина, родненький, – Людмила тяжело вздохнула. – Моих родителей убили люди.

– Вот и разыскивала бы тех злодеев, а не убивала безвинных.

– Все люди – наши враги и наше питание. Попадись ты им в руки, они уж тебя пожалеют! На кол посадят, да сожгут. Ты также позабудь жалость. Делай, как мы, дорогой. Настанет время, отблагодаришь меня за подаренную вечность.

– Противно мне упыриное житье! Не хочу заниматься разбоем. Смилуйся надо мной! Отправь меня к родителям и невесте. Загрызи меня, как Любоньку.

– Не верю, что тебе опостылела жизнь, – Людмила нежно обняла меня за плечи.

 – Поразмысли хорошенько, Тихон. Жизнь единожды дается. На тот свет всегда успеешь. Не руби с плеча. Не проси тебя убить.

– Зачем я тебе? Ты обратила меня шутки ради? Такое у вас, упырей, веселье?

– Пожалела я тебя, глупая. Полюбила. Наперекор старым заветам пошла. Гнев своих удалых накликала. Ежели они сговорятся тебя погубить, то меня первой изничтожат. Без твоей помощи не остаться мне атаманшей. Не совладать с ними, ежели ты отступишься.

Мы сели рядом на ворох одежды, и Людмила рассказала мне о себе и своей упыриной шайке.

Из ее долгого повествования я выяснил следующее:

Людмила родилась вампиршей. Ее лесное воспитание было непомерно жестоким. Родители приносили в нору ее человеческих сверстников для игр и приказывали убить их до рассвета. Если она отказывалась это сделать, ее избивали и на несколько суток оставляли без еды. Образованный отец научил Людмилу грамоте, а ее мать придумала выступать под видом цыган.