Проклятие древнего бога

“Наша новая неживая пища”.

Поверит ли хитроумный вилор?

Синехвост Премудрый повел ушами и склонил голову. Горячее дыхание из широких ноздрей откинуло волосы с лица Кайдана.

Юноша один, а верноподданных Синехвоста вокруг собралось великое множество: десятки стад объединились под его покровительством. Они прочитали книгу памяти молодого хищника. Чувствовали, какую ярость он к ним испытывал. Видели, как он охотился на вилоров и насыщался их мясом. Они убьют его. Не отпустят. Ждут сигнала предводителя.

Вилорий вожак поднялся на мощные толстые лапы и взревел призывным кличем. Он уводит стадо. Война окончена.

Мягколапка Пушистая встряхнулась, очищая от прилипших травинок великолепный длинный мех, плавно развернулась и последовала за мужем.

Вилоры ушли. Травяную подстилку разметал ветер.

Кайдан взял горсть пахнущей звериным мускусом травы, понюхал, сдерживая голодные завихрения в пустующем несколько дней желудке.

В вилорьем послании народу аншарнай юноша не нашел следов ненависти, осуждения за убитых сородичей. Его разум принял пожелание мира. Надежду на то, что дальнейшее соседство не запятнается кровью ни тех, ни других.

Он обещал вилорам, что аншарнай перестанут охотиться в лесах и горах, навсегда уйдут на покрытые застывшей лавой безжизненные просторы черных пустынь, где плохо растет трава и куда не приходят звери.

Кайдан умел подкрадываться незаметно. Лесные звери и сородичи не могли его услышать, учуять, уловить пульсацию волн жизненной силы, если он сам не хотел быть обнаруженным.

Кайдан принес долгожданную весть о мире. Она исчезнет или война начнется заново от его промедления? Есть ли разница, когда он сообщит важное известие вождю? Лучше ему взобраться на корабельную пушку после восстановления сил, иначе он упадет от истощения с огромной высоты, а это больно.

Срезав каменным ножом кусок мяса с задней части вилорьей туши, Кайдан жадно вонзил в него острые зубы. Он немного слукавил Синехвосту Премудрому. Вилорам не нужно знать о том, что их собратья и другие звери выращиваются в инкубаторах не в виде бездушных кусков, а целиком, и некоторое время остаются в живых. Бесчувственные, но живые.

Почти как они. Кайдан взял еще немного мяса, осторожно посматривая на “свежих” аншарнай.