Пленник золотой любви

– Ты представляешь, сколько брюнетов среди моих знакомых? Ну, кроме тебя, Валерика, депутата Букашкина. В целом по городу их намного больше, чем блондинов.

– Это все, что я знаю.

– Так не пойдет. В таком случае, я тебе не верю. Если считаешь себя ясновидцем, назови мне рост, вес, примерную национальность, особые приметы: шрамы, родинки, татушки, форму носа подозреваемого. Да и тогда не факт, что я поверю. Думаю, ты просто блефуешь. Боишься, что я влюблюсь в местного мужичка. Я права?

– Нет, неправа, Лизун.

– Мне больше нравится нереальная опасность, Сэм, – отшутилась Лиза, встав со скамейки. – Место тут, говорят, волшебное. Прими на ночь снотворного, чтобы кошмары не мучили. На случай угроз у меня есть крутые ребята, которые кому угодно отрубят бошки по моему приказу.

Семен долго упирался, стараясь ее переубедить. Чем усердней были его рвения, тем больше он отвращал от себя Лизу. Закончилась мелодрама тем, что она без помощи самураев его выставила вон.

Я не успел вернуться в дом, пролезть в узкую оконную створку.

– Эй! Ты опять подслушивал. Это нехорошо! – стоя на цыпочках, Лиза шлепнула меня по мягкому месту.

Протиснувшись в новую гостиную, я оказался на четвереньках посреди неприкосновенного бессарабского ковра. Лиза простила меня, поскольку я не выпустил когти и ковер не пострадал, но ее следующая фраза привела в смятение.

– Хочу, чтобы ты кое-что мне объяснил, – жестом усадив меня на соседний диван, строго попросила она.

– Что именно тебя интересует, голубушка? – я не смог улыбнуться.

– Сенечка правда что-то умеет? – Лиза фактурно поиграла пальцами в воздухе, рисуя магическое действо. – Или все выдумал – про сны, про дар?

– Большинство предсказателей, Лизонька, прорицают одно событие и выдумывают другое. Любят они использовать славу в корыстных целях.

– Получается, иногда Сенечке снятся вещие сны, – Лиза поежилась. – В них он узнает будущее других людей.

– Гораздо чаще он пользуется женской доверчивостью и создает такое будущее, которое ему по нраву. Можно ли верить ловеласу и кутиле? Сама посуди. Мне жаль, что он потревожил твое сердечко, застращал тебя пустыми баснями. Семен хочет, чтобы ты чуралась каждого встречного-поперечного. Тогда ему бы удалось затащить тебя в свою постель, смердящую от многолетнего блуда.

– Ты прав, Тиша. Он такой. Я даже не помню имен всех его подружек.