Дракон серебряной метели

Там же поставила на коврик походные сапоги, взамен взяв немного великоватые по ширине меховые тапочки.

Матушка Сельма пригласила сперва кота, а потом и его хозяйку трапезничать. Присаживаясь за кряжистый стол из темной древесины, накрытый белой полотняной скатертью, я увлеклась изучением непривычного интерьера. Особенно мое внимание привлек гигантский очаг с тремя котлами и длинным вертелом, на котором легко поместился бы немаленький поросенок. Я подошла ближе, прикидывая, как могла бы готовить здесь еду. Старинная конструкция куда сложнее в обращении, чем электрическая плита с духовкой.

Под выемкой каждого котла в каменном очаге – открытое пространство для огня. Стоя у такой плиты, рискуешь обжечь не только руки, но еще и ноги.

А, проходя мимо тонконогого потертого столика, трудно не испачкаться мукой. Он предназначен для стряпни и быстрого доступа к жаровне. Повсюду над головой висели связки трав. На стенах места им не хватало, и они притеснялись где только можно, даже к веревочкам для опускания штор были привязаны зеленые пучки.

Снежная ведьма расторопно и гостеприимно сервировала стол. Я предложила ей помочь в кухонных хлопотах, но Матушка Сельма ответила, что помощь от меня потребуется другого рода, и очень скоро.

Посуда, которую старушка взяла из добротного буфета с узорной резьбой на каждой дверце или ящичке, была простенькой, глиняной, но радовала приятной легкостью и теплыми тонами ручной росписи. Посреди стола красовался самовар, я вспомнила у бабушки почти такой же был, старинный, на углях.

Горячий суп с темно-коричневой хорошо распаренной крупой и малюсенькими мясными кусочками тоже был совсем простой, народный, не похожий на пищу для аристократов. Терпкие пряности придавали умопомрачительный аромат. Я наслаждалась каждой ложкой, слушая повествования хозяйки лесного домика.

– Корни наших предков тянутся в подлунный мир, – Матушка Сельма и сама попробовала так непривычный для меня, а для нее самый обыкновенный суп. – Многие люди задолго до тебя так же боялись сделать первый шаг навстречу новой жизни, и, должна сказать, страх их зарождался не на пустом месте.

Лютые звери, кровожадные чудовища, бесчинство стихии, происки злых колдунов… Каких только препятствий, опасных для жизни, не появлялось на их пути… Не всех принимает волшебная земля, многих долго и мучительно испытывает, и лишь единиц зовет сама. Приглашает, подобно тебе, Эльвира. Изначально люди – чужаки на просторах двулунного мира, называемого Анлара.