Дар забытой богини. Часть 1

Приложила свою ладонь к его щеке, пару раз погладила щеку от глаза к уголку губ. Релти зажмурился, чуть наклонил голову набок, и вдруг поймал девушку, притянул к себе так, что ее макушка оказалась под его подбородком. Ослабил хватку, чтобы не напугать. Зарылся носом в ее волосы, коснулся губами шеи.

Леолла вспыхнула от внезапной страсти. Релти прижал голову девушки к своей груди, как будто впитывая ее тепло, потом немного отвел от себя, провел рукой по ее телу, блокируя очаги возгорания внизу живота и между ног, и резко отстранился.

– Достаточно. Мы обменялись запахом и энергией, – он встал и помог подняться на ноги дрожащей задыхающейся девушке.

Спустя короткую задумчивую паузу добавил раздраженно:

– Я ожидал презрения, а не влечения. Ошибся в расчетах. Вас трудно понять. Иногда – невозможно.

Он отпустил ее руку и быстро пошел к дому-складу. Поступил честно, не воспользовался ее податливостью, вызванной внезапным наваждением. Уже за это его было трудно не уважать, и потому теперь невозможно стало бояться.

Мелкими шажками Леолла побрела за ним. Ей было стыдно, страшно, она не находила разумного и, главное, приличного объяснения своему более чем странному поведению, недопустимому для благовоспитанной девицы. Ее тянуло к нелианцу: страстно, непреодолимо, и не хватало душевных сил побороть прежде незнакомое, но внезапно ставшее до боли в сердце настойчивым чувство. От этого чувства будет непросто избавиться, и она точно никогда не сможет его забыть.

Да, именно так и рождается любовь. Она приходит незваной гостьей, когда и подумать не можешь, что в следующий миг всего один взгляд и одно прикосновение изменят твою жизнь навсегда, раскрасят мир вокруг тебя новыми, прежде невиданными яркими красками.

Войдя в дом-склад, Леолла увидела, как Релти пьет воду из стеклянного сосуда. В нерешительности девушка замерла на пороге. Утолив жажду, нелианец повернулся к ней.

– Прости за то, что мы не поняли друг друга, – произнес он с едва уловимыми печальными нотками в голосе.

Релти отделил часть склада прозрачной перегородкой и развернул на полу свою неприкосновенную подстилку.

Слезы полились обильным потоком. За одним нервным всплеском последовал другой, еще более сильный.